Городские ландшафты это: городской ландшафт

Содержание

организованные, самоорганизованные, неорганизованные. Интегральный город. Эволюционные интеллекты человеческого улья

Городские ландшафты: организованные, самоорганизованные, неорганизованные

Будучи сложной адаптивной системой, город представляет собой контейнер, или вместилище. Контейнер существует в ландшафте, который является городским экорегионом. В общем и целом этот ландшафт относительно стабилен, если не говорить о ситуациях, когда природные силы, подобные землетрясениям, наводнениям и лесным пожарам, изменяют общие условия или же когда действия человека приводят к нехватке воды, загрязнению воздуха или изменению климата.

Можно считать, что и внутри городской среды тоже есть ландшафт: речь идёт не о лужайке перед домом, а о ландшафте приспособленности. Рассмотрение города посредством ландшафта приспособленности позволяет быстро и сразу оценить все сложные компоненты города.

Ландшафт приспособленности измеряет степень городской организации, самоорганизации и дезорганизации (Eoyang, 2007). У него есть два базовых вектора: согласие и контроль (см. рис. 2.1).

Ландшафты городской приспособленности позволяют нам оценить, насколько согласованно оперирует город как единое целое. Их также можно применить для рассмотрения подсистем города, чтобы понять степень согласованности их функционирования. Ландшафты приспособленности зависят от соотношения между контролем и согласием в группе людей. Если ситуация менее контролируется, она становится многозначной и трудной для понимания и адаптации. Чем меньше у нас согласия, тем менее мы способны прийти к совместно разделяемым смыслам.

Там, где присутствуют высокое управление и высокое же согласие, мы можем организоваться. Примером этого является то, что мы ездим по одной стороне улицы и останавливаемся, повинуясь сигналам светофора. Когда у нас низкий контроль и низкое согласие, то можно со всей очевидностью наблюдать в ландшафте дезорганизацию. Примером этому являются состоящие из множества машин заторы на автостраде в период метели, когда никто не управляет ситуацией и нет возможности для какого-либо согласия. В случае же, когда векторы контроля и согласия в своих средних диапазонах, более высока вероятность, что мы будем вести себя самоорганизованно. Примером этому служит уровень трафика на дорогах, когда машины легко заезжают и съезжают с автострады, сохраняя при этом достаточную скорость.

В рамках города, если мы осознаем, как можно ослаблять и усиливать контроль и согласие, то сможем воспользоваться преимуществами организационных правил дороги, которые предоставляют нам предсказуемость, стандарты и зависимость. Мы также можем воспользоваться преимуществами самоорганизации, как, например, в случае с активностью на рынке недвижимости (который не находится под централизованным управлением, но формируется в ходе индивидуальных действий, которые открывают путь для инноваций, сюрпризов и гибкости, как описано в книге «Мудрость толпы»).

Хотя обычно организация и кажется чем-то желанным, она может привести к эффектам застоя и сопротивления изменениям. И хотя дезорганизация обычно воспринимается как нечто нежелательное, она являет собою естественное состояние систем в процессе изменений. Дезорганизация происходит от отсутствия контроля и согласия. Когда мы рассматриваем город как целостную систему, мы можем изменить ландшафт путём достижения либо большего согласия, либо большего контроля, либо и того, и другого единовременно. Это приводит к сдвигу в сторону самоорганизации, которая в итоге генерирует достаточный порядок для того, чтобы прийти к решению, удовлетворяющему всю систему в целом. Физик Стюарт Кауффманн уверяет нас, что в случае самоорганизующихся систем «мы получаем порядок бесплатно» (Kauffmann, 1993).

Комплексный город: контейнер, различия, взаимообмены

Ландшафт приспособленности городской системы может быть лучше понят, если мы прибегнем к более сильному ракурсу, чтобы изучить поведение контейнера системы с точки зрения различий и взаимообменов (Eoyang, 2007). Будучи сложной адаптивной системой, городской ландшафт является контейнером для людей, которые отличаются друг от друга и которые осуществляют друг с другом обмен. Различия могут возникать в результате неисчислимого количества всевозможных комбинаций переменных: уровни развития, расовая и этническая принадлежность, возраст, пол, порядок рождения в семье, генеалогическое древо, опыт, когнитивное (умственное) развитие, образование, системы убеждений или роли. Взаимообмены могут происходить с любой передачей энергии и/или материи: поцелуем, идеей, договором, правилом, осуществлением продажи, песней или денежным обменом. Если использовать интегральную карту, то можно локализовать различия и взаимообмены как в коллективных секторах, так и на каждом уровне сложности (комплексности).

Теория систем говорит о том, что нам не нужна система, если мы не имеем границы. Таким образом, границы города определяют контейнеры, в которых мы можем замечать различия и взаимообмены. Город как контейнер вмещает индивидуальные холоны и группы. Уникальность каждого индивидуального холона способствует различию в группах.

Город, очевидно, представляет собой множественность контейнеров, сильно друг с другом взаимосвязанных. Это сложная адаптивная система систем. Взаимопереплетение этих контейнеров означает, что различия и взаимообмены в одном контейнере могут влиять на различия и взаимообмены во многих других контейнерах. По мере нашего изучения материала главы 8 нам станет очевидно, что индивид, являющийся частью семьи, спортивной команды, рабочей группы, общинного объединения, микрорайона и города в целом, привносит то, что его отличает, и осуществляет обмен во всех этих контейнерах.

Более того, границы этих контейнеров (Eoyang, 1997) могут быть жёсткими (например, здание), проницаемыми (например, группа друзей), открытыми (например, общедоступный центр отдыха) и закрытыми (например, профессиональная ассоциация). Некоторые подсистемы города будут иметь границы с более чем одной из этих характеристик, тем самым создавая даже ещё более сложный контейнер (например, правительственное министерство, которое включает аспекты всех этих качеств).

Динамику человеческих систем в рамках городских контейнеров можно измерить посредством изменчивости различий и частоты обмена. Эти динамические проявления сообщат нам сведения об общем состоянии изменения в любом отдельно взятом контейнере, а также о том, насколько гибка сама система (как видно на рис. 2.2).

По рис. 2.2 можно определить четыре состояния изменения через степень различия (низкая или высокая) и частоту обмена (низкая или высокая). Когда мы признаём и локализируем состояние изменения в системе, опираясь на эти параметры, мы получаем способность выделить существование следующих возможностей для изменения системы:

? Расширить (открыть или сделать более проницаемым) или сократить (закрыть или сделать более жёстким) размер контейнера посредством изменения его границ. Это может понизить или повысить давление на людей и обмены между ними в контейнере. Примером понижения давления является увеличение размера избирательного округа, благодаря чему вовлекается больше людей. Примером повышения давления является переход от общего школьного образования к образованию на дому, позволяющему сфокусироваться на избранном количестве учеников.

? Увеличить или уменьшить различия между людьми в контейнере. Это может быть произведено путём вовлечения большего количества людей, отличающихся от остальных, в контейнер (например, посредством претворения открытой иммиграционной политики), или путём создания ситуации, в которой существующие различия уменьшаются через вовлечение (например, создание системы взаимопомощи в доме престарелых), или же путём выявления ранее незримо присутствовавших различий (например, посредством обучения родителей возможным системам ценностей в детском воспитании).

? Повысить или понизить число и/или количество типов взаимообменов в контейнере. Это осуществимо посредством создания жизненных условий, в которых люди больше друг с другом общаются и/или взаимодействуют с большим многообразием (например, чтение пенсионерами сказок детям). Или это можно претворить в жизнь через предупреждение обмена (например, постройка стены между соперничающими фракциями).

Так, мы видим, что город, будучи сложной адаптивной системой, является взаимопереплетение контейнеров с различными количествами различий и взаимообменов. Видеть эти различия и взаимообмены означает прийти к пониманию качеств целостности для всей городской системы.

1. Эксплуатация (низкий потенциал, низкая взаимосвязанность).

2. Консервация (высокий потенциал, высокая взаимосвязанность).

3. Освобождение (низкий потенциал, высокая взаимосвязанность).

4. Реорганизация (высокий потенциал, низкая взаимосвязанность).

Эти свойства, судя по всему, аналогичны вышеописанному объяснению, даваемому Блумом, о том, как это происходит в жизни пчёл. Иянг отражает это в своём анализе агентов и взаимообменов в контейнере, обсуждённом в панели «Комплексный город».

Рис. 2.2. Городские состояния динамики изменения

На стадиях 1 и 2 целью является максимизация производства и аккумуляция. Это соотносится с выделенными Блумом стадиями блюстителей конформности. «Внутренние судьи» и «распределители ресурсов» вида способствуют тому, чтобы деятельность участников поддерживала производство и аккумуляцию того, что наиболее ценится.

Иянг признаёт данные состояния системы как опыт стабильности и самоорганизации (см. панели «Комплексный город» и «Городские ландшафты»). Адизес выделяет их в организационных жизненных циклах под видом производства и расцвета. Грейвз определил их в индивидуальных циклах развития как зоны интеграции и консолидации недавно выученного и оперирования и приспособления с целью обеспечения устойчивого состояния знания.

Увеличение числа взаимообменов, уменьшение числа различий прекращает забастовку

Во время написания книги пример городских ландшафтов приспособленности наблюдался во время забастовки рабочих в Ванкувере. Профсоюз и городская администрация в течение восьми недель не могли прийти к соглашению по вопросу, касающемуся правил труда: профсоюз отказывался проявить больше гибкости, а город отказывался проявить меньше гибкости в отношении правил труда. Более того, обе стороны в течение продолжительного времени отказывались встретиться друг с другом. Так что количество взаимообменов было небольшим, а различий было много, что приводило к разобщению. В конечном счёте, решением стало привлечение ещё одного человека (посредника) для того, чтобы понизить различия и увеличить количество взаимообменов, что привело к достижению согласия.

Холлинг, в свою очередь, говорит о том, что стадии 3 и 4 максимизируют факторы изобретения и пересортирования (перераспределения) ресурсов. Блум описывает эти виды деятельности как генерирование многообразия. На самом деле, обращаясь к примеру пчёл, Блум полагает, что действия по генерированию многообразия происходят всё время, но только лишь когда стадия блюстителей конформности оказывается неспособна приносить результат, «внутренние судьи» и «распределители ресурсов» данного вида позволяют генераторам многообразия способствовать возникновению нового поведения у блюстителей конформности.

Холлинг утверждает, что успех в достижении одной цели закладывает основания для успеха в достижении следующей цели в бесконечном цикле. Когда жизненные условия изменяют в течение цикла поток ресурсов, исследования Холлинга показывают, что эти четырёхстадийные циклы адаптируются путём смещения вверх, к стадиям большей сложности, или вниз, к стадиям меньшей сложности. Он определяет «панархию» как иерархию «вложенных комплексов адаптивных циклов. Функционирование этих циклов и общение между ними предопределяет устойчивость системы» (Holling, 2001, p. 396).

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Городской ландшафт и климат. Физиология зеленых улиц

Людмила Белодед, ландшафтный дизайнер, директор и основатель бюро Beloded Landscaping

Есть ли у нас ресурс?

Разговор о защите окружающей среды и углеродном следе, который оставляет сегодня почти любая человеческая деятельность, без выводов и практических рекомендаций по решению проблемы — абстракция, которая скорее раздражает, нежели настраивает на продуктивную работу. Большинство современных урбанистических инициатив сегодня базируются на экологизме. И как раз с точки зрения нового экологизма тема озеленения городов отвечает сразу трем его важнейшим принципам: это и забота о природе и человеке, и будущая устойчивость городов, и стремление обеспечить функционирование города подобно живой экосистеме. Я предпочитаю говорить о сохранении и приумножении зеленых городских пространств, оперируя фактами, цифрами и апеллируя к реализованным проектам, опыт которых можно использовать при модернизации наших городов. Это предметный разговор, продиктованный здравым смыслом.

Высадка новых деревьев — наиболее дешевый, простой и эффективный способ борьбы с CO2

Ответы на вопрос, как бороться с негативными последствиями климатический изменений, на самом деле находятся у нас перед глазами. Их надо искать в парках и городских скверах. Новые технологии исследований сегодня позволяют получить наглядную картину того, как именно работают зеленые легкие планеты. Орбитальная углеродная обсерватория-3, запущенная НАСА летом 2019 г., измеряет уровень индуцированной флуоресценции — это «свечение», которое растения излучают в результате фотосинтеза, поглощая углерод из атмосферы.

Канал для сбора дождевой воды в экорайоне Hammarby Sjöstad, Стокгольм, Швеция. Источник фото: tunza.eco-generation.org

Ученые швейцарского университета ETH Zürich недавно опубликовали результаты исследования, подсчитав, что высадка новых деревьев — наиболее дешевый, простой и эффективный способ борьбы с CO2, позволяющий устранить две трети вредных выбросов в атмосферу, к которым приводит деятельность человека. Да, речь идет о миллиардах саженцев — озеленению может подвергнуться 1,7 млрд га. Это 11 % от площади поверхности Земли, территория, эквивалентная совокупной площади США и Китая. Предложение использовать имеющийся в нашем распоряжении ресурс, залесить пустующие территории — гораздо целесообразнее, чем, к примеру, призыв пожертвовать мобильностью, отказавшись от авиатранспорта, как предлагала активистка Грета Тунберг.

Зеленая оболочка сингапурского небоскреба Tree House, спроектированного City Developments Limited, позволяет экономить около $ 500 тысяч на электроэнергии и воде. Источник фото: City Developments Limited

Подсчитывая потенциально доступные для озеленения площади планеты, исследователи ETH Zürich исключали сельскохозяйственные территории, то есть акция по высадке новых лесов не затронет продовольственную сферу. Жаль, конечно, что швейцарские ученые исключили из своих подсчетов и территории городов, — интересно было бы оценить потенциал пригодных для нового озеленения городских территорий в мировом масштабе. Ведь цифра должна быть впечатляющей. Только Киев располагает 1 800 га пригодных для конверсии постпромышленных территорий. И мы ведь не предполагаем, что реновация постпромышленных зон будет заключаться в создании сплошной коммерческой, общественной или жилой застройки. Нет, нашим постпромышленным пространствам предначертано стать смешанной городской средой, где достаточной большой процент площади будет выделен под озеленение.

Озеленению может подвергнуться 1,7 млрд га. Это 11 % от площади поверхности Земли

«Сады на скалах» — ParkRoyal в отеле Pickering, Сингапур. Источник фото: futureagenda.org

«Зеленые конверты» от Arup

Разработчики Arup — архитектурной, строительной и исследовательской корпорации, чей авторитет невозможно подвергнуть сомнению, — создали обширное руководство Green Building Envelope, предлагая буквально упаковать города в «зеленые конверты». Это комплексный подход к городскому озеленению, который предполагает также переход на новый уровень в развитии вертикального озеленения. Речь уже не о просто о деревьях на балконах или зеленых крышах, а о полностью зеленых фасадах — оболочках, которые защищают от температурных колебаний перегрева и переохлаждения, тем самым снижая энергопотребление, демпфируют шум городского транспорта и очищают воздух от выбросов.

Технологии, которые еще вчера казались нам совершенно футуристическими, сегодня успешно применяются почти повсеместно в крупных городах мира. Исследование Arup дает оценку применения стратегии Green Building Envelope в 5 городах из списка мировых центров — Берлине, Гонконге, Мельбурне, Лондоне и Лос-Анджелесе, которые имеют разную типологию, высотность и климатические условия.

Площадь парка Тиволи в центре Любляны, столицы Словении, составляет 500 га. — это один из самых крупных парков Европы. Фото: Tomo Jeseničnik. Источник фото: архив MOL

Подобные практики особенно актуальны для городов, которые уже исчерпали потенциал и пространства для развития парков и скверов, озеленили все бульвары и улицы, а теперь переходят к следующему этапу. Вертикальное озеленение предполагает множество дизайнерских сценариев — это могут быть зеленые джунгли с выплескивающимися наружу буйными зарослями, поросшие мхами, лишайниками и эпифитами подобия скал или академические стеллажи с контейнерными топиарами. Можно долго описывать эстетические и социальные возможности, которые нам открываются, но я хотела бы остановиться на роли современной зеленой инфраструктуры в решении насущных проблем.

Проектировщики Arup предлагают буквально упаковать города в «зеленые конверты»

Как говорит один из тренеров Project for Public Spaces Фил Майрик, автор курса для урбанистов «Плейсмейкинг в условиях меняющегося климата»: «Бюджеты невелики, и город нуждается в том, чтобы любая инвестиция приносила многократную отдачу, даже инвестиции в устойчивость должны приносить доход на нескольких уровнях». Недостаточно, чтобы городские сады просто радовали и снимали стресс. Кроме социальной и экономической функции они должны быть частью «умной» городской инфраструктуры.

 

Охлаждение

Urban Heat Island (UHI) — это острова точечного нагревания в городе. Почему о них так часто говорят в последние годы? Самые популярные строительные материалы XX—XXI вв. бетон, стекло и металл, а также асфальтовое покрытие дорог излучают больше тепла, чем абсорбируют. Солнце практически не нагревает кирпичную стену, но алюминиевый или стальной фасад раскаляется до высоких температур, а стеклянные изогнутые фасады работают иногда как увеличительное стекло. К примеру, солнечные лучи, отражаясь от фасада элитного Vdara Hotel в Лас-Вегасе, едва не вскипятили воду в бассейне.

Сегодня, когда процесс девелопмента стартует с нуля, планировщики городской сетки учитывают розу ветров, проводя новые улицы так, чтобы максимизировать естественную вентиляцию в южном климате и минимизировать в северном. Высотная застройка превращает улицы в ущелья, подобные горным (в Arup даже используют формулировку «городские каньоны»), где вентиляция на уровне пешехода очень слаба. Хаотическая застройка в существующих городах нарушает когда‑то спланированную систему циркуляции воздушных масс. К примеру, когда в Киеве на месте разрушенного исторического особняка вырастает небоскреб, мы сокрушаемся о том, что разрушен панорамный вид, но совершенно не учитываем, что изменение высотности, материалы, использованные на фасаде, цвет здания влияют на микроклимат.

Биофильная архитектура: больница Khoo Teck Puat, построенная RMJM по проекту архитектора Криса Джонстона, Сингапур. Фото: KTPH Источник фото: Wikimedia Commons

В Государственном агентстве США по охране окружающей среды подсчитали, что в городах с населением более 1 млн жителей дневная температура на 1—3 градуса, а ночью до 12 градусов выше, чем в пригороде. Вот вам и причина невыносимо душных летних ночей, когда кажется, что в городе нечем дышать.

Ученые обследуют города, выявляя Urban Heat Island с дронов. Но можно и без специального оборудования уверенно сказать, что зеленые зоны самые прохладные. Зеленые шатры парков поглощают свыше 60 % ультрафиолетового излучения: это естественная защита, которую предоставила нам природа. Деревья работают словно гигантские кондиционеры — они понижают температуру за счет испарения воды в воздухе. Такой процесс называется адиабатическим охлаждением. Согласно научному отчету UKCIP02, который еще в 2007 г. опубликовало правительство Великобритании, увеличение площади зеленой инфраструктуры города на 10 % позволяет снизить среднюю температуру на 2,5 °C в жаркое время.

В городах-миллионниках дневная температура на 1—3 градуса, а ночью до 12 градусов выше, чем в пригороде

В плотно застроенных высотными зданиями городских центрах, к примеру, в Гонконге и Мельбурне, где коэффициент соотношения высоты зданий к ширине улиц превышает 2, наиболее эффективно противостоят Urban Heat Island зеленые фасады — они способны понижать температуру поверхности до 10 °C. В районах с малоэтажной застройкой гораздо больший эффект дает озеленение городских площадей и крыш, так как зеленые крыши обычно поддерживают температуру окружающей среды, когда обычные раскаляются до 80 °C. И, конечно, максимальный эффект дает комбинированное озеленение всех пригодных поверхностей.

Город в “зеленом конверте”

Акустика

Если мы готовимся к тому, что большая часть человечества будет проживать в плотных городах, то надо быть готовым к тому, что шумовое загрязнение тоже приобретет размеры экологической проблемы. И речь не только о тишине в наших квартирах, но и в изоляции от шума открытых общественных пространств. Растительные барьеры в виде живых изгородей или высоких деревьев вдоль автомагистралей в этом случае совершенно незаменимы. Они снижают шум на 5—10—15 дБ. А зеленые фасады поглощают звук, который отражается от стеклянных, бетонных и стальных поверхностей.

Зеленые барьеры способны снижать фоновый шум большого города на 5—15 Дб

Вишневая роща в экорайоне Hammarby Sjöstad, Стокгольм, Швеция. Источник фото: stadtillstrand. Se

Конечно, это не спасет от резких и громких звуков, речь идет о снижении фоновых шумов. Ночью эффект гораздо заметнее. К тому же, утверждают ученые, живая зелень создает так называемое психологическое восприятие тишины, снижая у людей стресс и раздражительность от шумового загрязнения.

Фильтрация

По данным Йельского университета, почти 2 млрд жителей планеты дышат загрязненным воздухом. Наиболее тяжелая обстановка в мегаполисах Азии. Согласно исследованию 2012 г., которое охватывало города Западной Европы и Северной Америки, самый грязный воздух в Софии, Варшаве, Риме, Берлине, а наиболее чистый — в Торонто, Оттаве, Ванкувере. Как обстоит дело в Киеве, можем теперь не только догадываться, но и следить сами: недавно запущенная система мониторинга качества воздуха наглядно доказывает нам, что проблема существует и достаточно серьезная. Деревья не только поглощают углекислый газ, но и работают как фильтры, задерживая пыль, которая в ином случае попадает в легкие человека.

Вертикальный сад на стене культурного центра Caixa Forum Madrid, созданный ландшафтным архитектором Патриком Бланком для проекта реновации старой электростанции Herzog & de Meuron. Источник фото: queenstylemagazine.com

Широколиственные деревья, — а к ним относятся хорошо знакомые нам клены, платаны, дубы, вязы, липы, — работают как пылевые фильтры, абсорбируя мельчайшие частицы на площади, в 12 раз превышающую площадь проекции кроны. Хвойные деревья собирают пыли меньше, зато работают круглый год. Особенно эффективны в качестве пылеулавливателей сосны Pinus sylvestris и Pinus mugo. А ивы поглощают кадмий и цинк.

 

Задержка ливневых вод

Парки и зеленые зоны работают как естественные, биологические системы удержания ливневых стоков. Водоносные горизонты под городами, в которых ливневые воды сразу отводятся в канализацию, не попадая в почву, постепенно истощаются. Образно говоря, грунты под таким непроницаемым городским бетонным одеялом становятся мертвыми, то есть уничтожается главная составляющая биосистемы.

Зеленые шатры парков поглощают свыше 60 % ультрафиолетового излучения

В США Агентство по охране окружающей среды еще в 2010 г. запустило триаду программ G3: «Зеленые улицы», «Зеленые рабочие места», «Зеленые города» с акцентом на использование ливневых стоков.

Платановая роща в парке Хофгартен, перед зданием Баварской канцелярии, Мюнхен, Германия.
Фото: Ирина Исаченко

Важной целью зеленой инфраструктуры является как очистка серых стоков, так и снижение объема ливневых вод, что предотвращает размывание берегов рек и снижает риски подтопления. Практически все составляющие «Зеленых улиц», — а это водопроницаемые тротуары и покрытия проезжей части, резервуары, емкости для компоста, элементы благоустройства из пригодных для переработки материалов, — могут быть интегрированы в уже существующую застройку. Их можно внедрять во время проведения плановых работ по благоустройству и модернизации общегородских и придомовых территорий, а также парковок. Подробное руководство по проектированию «Зеленых улиц» доступно на официальном сайте Агентства по охране окружающей среды США www.epa.gov.

 

Модернизируем не разрушая

Хочу подчеркнуть, что большая часть практик, которыми оперируют проектировщики EPA и Arup, ориентирована на совершенствование уже сложившихся городских территорий, и поэтому их просто необходимо брать на вооружение нашим градостроителям и чиновникам, отвечающим за благоустройство общественных городских пространств.

Мы часто сталкиваемся с тем, что модернизация уличной среды начинается с полной зачистки участка проектирования и выкорчевывания зрелых деревьев с последующей их заменой на молодые саженцы. О нецелесообразности подобного подхода я подробно рассказывала в статье «Миссия — выжить. «Рецепты счастья» для городских деревьев», которая вышла в томе #8 PRAGMATIKA.MEDIA. Но даже понимая, что старые деревья было бы неплохо сохранить в процессе вмешательства, наши проектировщики часто просто не осведомлены о технологиях, позволяющих это сделать.

Закладка каркасных систем TreeParker на бульваре Coolsingel в Роттердаме. Источник фото: TreeBuilders

В качестве успешного кейса я могу привести пример Роттердама. В 2008 г. власти запустили программу Binnenstad als City Lounge («Центр как городской лаунж»), целью которой было повышение комфортности городского центра, его уплотнение и озеленение. В муниципалитете Роттердама давно провели инвентаризацию взрослых городских деревьев, и судьба каждого из 160 тыс. решается не подрядчиками, не строителями, а находится на контроле специалистов. Поэтому когда на бульваре Coolsingel решили сократить одну из двух автомобильных полос, отдав ее пешеходам, то сразу поставили условием в техническом задании для проектировщиков сохранение около 200 платанов, которые были высажены вдоль дороги еще в 60‑е гг. XX в. Конкурс проектов выиграла международная компания ландшафтных архитекторов West 8, за плечами которых опыт реализации таких выдающихся проектов, как Madrid RIO (Мадрид, Испания), Queens Quay Boulevard (Торонто, Канада), Governors Island the Hills (Нью-Йорк, США) и другие.

Начиная с 2015 г. West 8 используют для посадки новых и сохранения зрелых деревьев модульные системы TreeParker, которые производит компания TreeBuilders. Почвенные клетки из полипропилена создают подземный экологически безопасный каркас, который предотвращает уплотнение грунта, защищает инженерные сети и обеспечивает идеальные условия для развития корней. Их интеграция в прикорневые зоны платанов с наполнением питательным грунтом позволила историческим деревьям «вздохнуть свободно». Работы по закладке ячеек TreeParker были завершены в 2018 г., а осенью 2019‑го специалисты провели ревизию системы, убедившись, что и старые платаны, и новые 87 саженцев чувствуют себя великолепно. Окончание работ по ревитализации бульвара Coolsingel намечено на 2021 г.

Парк Governors Island the Hills в Нью-Йорке, США, спроектированный West 8. Фото: Timothy Schenck Источник фото: archinect.com

Компания Beloded Landscaping является официальным дилером профессиональных посадочных систем в Украине, поэтому мы готовы к консультациям и презентациям по их использованию, раскроем тончайшие нюансы этой передовой технологии.

Когда «Агенти змін» представляют концепцию ревитализации Валов на Подоле, или когда речь заходит о превращении заброшенных и неуютных скверов в паблики нового поколения, то в фокусе дискуссии сразу оказывается вопрос: что же будет с существующими деревьями? На Подоле процент озеленения один из самых низких в Киеве, поэтому совершенно естественно, что местные жители переживают за каждое дерево. Концепция «Новые Валы» ориентирована как раз на озеленение: планируется вдоль тротуара Нижнего Вала и между трамваем и бульваром на Верхнем Валу создать две зеленые зоны, которые будут фильтровать дождевые стоки. Затем очищенная вода станет поступать в коллектор, который предлагается открыть, и далее — в Днепр. Но при реализации этого инновационного решения очень важно сохранить исторические деревья на бульваре. Применение модульных систем как раз и поможет успешно решить данную проблему.

Приоритетная задача: проведение инвентаризации городских зеленых насаждений

Миф, что использование подобных технологий не по бюджету украинской столице, я считаю совершенно беспочвенным. Но он будет эксплуатироваться городскими чиновниками до тех пор, пока община не добьется проведения инвентаризации наших зеленых ресурсов. Не располагая информацией о количестве городских деревьев, невозможно рассчитать стоимость их содержания. А сегодня мы не можем инвентаризировать не только деревья, но даже зеленые территории! В Государственном земельном кадастре (ГСК) не зафиксированы границы большинства зеленых зон.

Начиная с 2010 г. все откладывается и откладывается подведение и оглашение итогов инвентаризации зеленых зон Киева. Теперь ожидаем, что эту информацию огласят в начале 2020 г. Генпланом Киева от 2005 г. было зафиксировано, что в столице — 5,5 тыс. га парков и скверов, и 13,9 тыс. га лесов. Но насколько эти цифры сократились по состоянию на сегодня? Пока неизвестно. В конце октября в Киевсовете заявили, что площадь зеленых зон столицы по итогам инвентаризации, возможно, уменьшилась почти на 20%.

Живая стена на фасаде бизнес-центра в Стокгольме, Швеция. Проект Outdoor Vertical Garden / Klara Zenit. Источник фото: greenworks.eu

Задачи киевских урбанистов и планировщиков на порядок более легкие, нежели те, с которыми сталкиваются специалисты в городах США, Японии, Новой Зеландии, где жителям грозят цунами и разрушительные ураганы. И тем позорнее было бы бездействовать.

Мы должны отказаться от «выученной беспомощности», в конце концов, люди в XIX—XX вв. решали не менее глобальные задачи, чем климатические — отвоевывали у морей и океанов тысячи гектаров земли, строили гигантские дамбы и озеленяли пустыни. Наши цели сегодня звучат не так пафосно — мы должны сохранить деревья, парки, скверы, увеличить число зеленых городских оазисов, защитить горожан от жары, смога и подтоплений в результате аномально обильных дождей.

Растительность городских ландшафтов в рекреационных зонах города Томска

%PDF-1.6 % 1 0 obj > endobj 4 0 obj /Author /Creator (pdftk 2.02 – www.pdftk.com) /Keywords /Producer (itext-paulo-155 \(itextpdf.sf.net-lowagie.com\)) /ModDate (D:20200114155839+07’00’) /Title >> endobj 2 0 obj > stream 2020-01-14T15:58:39+07:002020-01-14T15:57:49+07:002020-01-14T15:58:39+07:00pdftk 2.02 – www.pdftk.comapplication/pdf

  • Растительность городских ландшафтов в рекреационных зонах города Томска
  • Долгих Н.М.
  • Журавлева Е.И.
  • Косова Л.С.
  • Публикации ТГУ
  • городские ландшафты
  • ландшафтно-архитектурные комплексы
  • растительность
  • рекреационные зоны urban landscapes
  • landscape and architectural complexes
  • vegetation
  • recreational zones
  • uuid:1c259186-fe76-482a-afbb-73495b9a68a0uuid:bed466bb-dea4-44fc-9df5-444ef6e165c6itext-paulo-155 (itextpdf.sf.net-lowagie.com)городские ландшафты, ландшафтно-архитектурные комплексы, растительность, рекреационные зоны urban landscapes, landscape and architectural complexes, vegetation, recreational zones endstream endobj 3 0 obj > endobj 5 0 obj > /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Resources > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] /ExtGState > /XObject > >> /Type /Page /Annots [29 0 R] >> endobj 6 0 obj > /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Resources > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /Type /Page >> endobj 7 0 obj > /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Resources > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /Type /Page >> endobj 8 0 obj > /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Resources > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /Type /Page >> endobj 9 0 obj > /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Resources > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /Type /Page >> endobj 10 0 obj > /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Resources > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /Type /Page >> endobj 11 0 obj > stream [email protected]}96}Ăvh!C!7qbz>-َI ޝןlVnʮ>,:ڮkoٟEv9_nծ?:{5mni$|r64iR$ 99zc BB

    Формирование городских ландшафтов

    Городской ландшафт относится к искусственно преобразованным поверхностям, его элементы являются созданными по утверждённому проекту. Такой тип еще называют урбанизированным, что подчеркивает новизну и наличие крайних форм. Преобладающими являются такие элементы, как жилая застройка, транспортные коммуникации, промышленные и коммерческие территории. Зеленые массивы городского ландшафта приобретают черты садов и парков, то есть также несут признаки искусственной деятельности.

    Формирование среды населенного пункта осуществляется с учетом таких нюансов, как:

    1. Структура выстраивания на основе взаиморасположения функциональных зон и их использования. При этом важным остается сохранение осей ландшафта, взаимосвязи антропогенных и природных форм. На первое место выводится построение четкой композиции, формируемой зелеными зонами, рельефом, водоемами, элементами благоустройства и малыми формами архитектуры.

    2. Порядок сохранения осей находится в зависимости от общей организации территории и её сложности, имеющихся и планируемых городских структур. Здесь необходимо оценить степень формирования ландшафта и его разделения на отдельные зоны, гармонично сочетать расчлененность территории и городские коммунальные структуры.

    3. Выделение основных структур и их сохранение в пределах границ экологического ареала города.

    4. Для оценки экологии применяются параметры речных систем на границах города (при их наличии). Анализу подлежат состав и объем водных масс, температура, биологическое разнообразие, сохранение годового хода.

    5. Контроль над градостроительной деятельностью, который определяется особенностью и месторасположением ландшафтного образования, соотношением пространств, процессами антропогенного и естественного функционирования.

    Композиция пространства для городского ландшафта является определяющей. Она включает в себя отдельные составляющие пространства, результаты творческой деятельности по организации структуры. При этом учитываются конструктивные, функциональные и художественные требования, особенности восприятия человеком композиции, контрастов, нюансов, симметрии или асимметрии окружающего ландшафта. Гармоничность получаемой архитектурной формы зависит от ее масштабности, то есть от соотношения и соразмерности.

    При формировании урбанистического городского ландшафта очень важен правильный подбор растений, группировка и дизайн зеленых зон. Это позволяет организовать правильную взаимосвязь архитектурных и природных композиций с преобладанием искусственных или естественных компонентов.

    При разработке урбанистического ландшафта необходимо сосредоточить внимание на окружающем пейзаже и перспективе, сделать акцент на отдельных элементах. Ими могут стать группы деревьев или клумбы, скульптуры, водоемы, беседки. Выделяются линейная и воздушная перспективы, определяются формы взаимосвязи их отдельных элементов, влияние на стороннего наблюдателя.

    При построении воздушной перспективы учитывается плотность воздуха и его прозрачность – чем меньше плотность, тем больше прозрачность. Линейная перспектива отражает особенности видимых форм и их пространственного положения. Чем дальше находится предмет, тем меньше он кажется, параллельные линии на горизонте должны сходиться в одной точке. На понижающейся местности такие линии должны сходиться ниже линии горизонта.

    Стартовала молодёжная ландшафтная школа-экспедиция “Культурные ландшафты малых городов”

    В Чаплыгине стартовала молодёжная ландшафтная школа-экспедиция “Культурные ландшафты малых городов”. Это проект Липецкого областного отделения Русского географического общества,  победитель грантового конкурса Фонда президентских грантов.

    Ландшафтная школа-экспедиция преследует две основные научные цели: первая — это внедрение ландшафтного подхода к городскому планированию в среде урбанистов; вторая — разработка комплексной модели урбогеосистем, которая включала бы в себя и природную составляющую, и материальную культуру человека.

    Проект охватит малые города Липецкой области: Задонск, Лебедянь, Усмань, Чаплыгин. Молодые исследователи МГУ имени М.В. Ломоносова и Липецкого государственного педагогического университета имени П.П. Семенова-Тян-Шанского в рамках программы получат новые данные и сформируют научные материалы с применением современных инновационных технологий.

    В Чаплыгине уже состоялся старт проекта — здесь неделю работали молодые ученые. Они провели маршрутные обследования благоустройства городского ландшафта, выполнили описания ландшафтных участков, провели съёмку городских ландшафтов квадрокоптером и создали на её основе 3D модели.

    Во время программы также состоялась встреча с руководством города — её участники обсудили планы развития Чаплыгина. Полученные результаты команды экспедиции будут обрабатываться в университетах и итогом станут информационная система и книга, описывающая малые города. Книга будет доступна всем желающим.

    Чаплыгин — интересный с исторической точки зрения город. Город у жителей имеет два названия: Раненбург и Чаплыгин. Несмотря на решение референдума о сохранении названия города в честь великого математика и механика С.А. Чаплыгина, железнодорожная станция до сих пор называется Раненбург. К тому же, в социологических опросах проскальзывало желание некоторых молодых жителей города вернуть старое название. Из культурно-исторических достопримечательностей города нельзя не упомянуть такие прекрасные объекты, как Троицкий собор и Успенскую, Вознесенскую и Никольскую церкви 18-19 века; памятники Петру I и А.Д. Меншикову, Ивану VI; дома А.Д. Меншикова и С.А.Чаплыгина, имеющие особый статус культурного наследия, музеи кукол и краеведения.

    Свободное время жители города проводят в верхнем и нижнем парке, где открывается замечательный панорамный вид на Старую Рясу и весь город. Также в парках есть множество развлекательных объектов для детей. Самым престижным районом является Заречье, который застраивается новыми многоквартирными домами и общественными местами. В этом направлении планируется дальнейшее развитие города.В городе продолжаются работы по реконструкции фонтанов, озеленению и освещению улиц, установке лавочек и малых архитектурных форм.

    Подробнее можно узнать в сообществе проекта “Культурные ландшафты малых городов”

    Селитебные ландшафты

    Селитебные ландшафты – это антропогенные ландшафты населенных мест: городов и сел с их постройками, улицами, дорогами, садами и парками.

    По степени преобразованности селитебные ландшафты делятся на два типа: городские и сельские антропогенные ландшафты.

    Сельские селитебные ландшафты независимо от расположения села – в степной зоне или в тайге коренным образом перестраивают природный ландшафт. Сначала подвергаются изменению растительность и животный мир. Через некоторое время претерпевают изменения почвы и формы рельефа: усиливается смыв почв, на склонах появляются овраги и т.п. В селах также изменяется поверхностный сток: на севере часты канавы для сброса избыточных вод, в степях и в лесостепи, напротив, – плотины для их задержки.

    Несмотря на коренную перестройку природных ландшафтов, последние сравнительно легко прослеживаются в пределах даже самых крупных и старых сел.

    Принадлежность к типу местности в значительной мере определяет морфологию – контур – и внутреннюю структуру села, соотношение и пространственное размещение построек, огородов, садов, улиц, дорог и скотопрогонов. На склоновом типе местности преобладают линейно вытянутые вдоль балок и рек села, незаметно сливающиеся в один непрерывный ряд на плакорном типе местности – мелкие более или менее компактные поселения, располагающиеся в близи прудов в вершинах балок; на междуречном недренируемом типе местности вблизи редких лесных массивов находятся значительные по размеру села, использующие верховодку.

    Из всех структурных частей сельских селитебных ландшафтов только постройки принадлежат к техногенным комплексам, при изучении которых природные ландшафты рассматриваются в качестве палеогеографической основы. Все остальные структурные части принадлежат к категории современных ландшафтных комплексов антропогенного типа. Рельеф этих частей в большинстве своем унаследован от природных: ландшафтов.

    Городские ландшафты. Город как тип ландшафта моложе сельских поселений. Природные условия города отличаются большим своеобразием. На большей части территории города почти полностью уничтожена растительность, а почвы покрыты сверху асфальтом и камнем. Растительность, очень далекая от естественной как по своему флористическому составу, так и по группировкам, сосредоточена на ограниченной площади парков и скверов, а также однорядных озеленительных полос на улицах. Тем не менее, город есть подлинная экосистема не только со своей “каменной” литогенной основой и специфической растительностью, но и с особым животным миром.

    Асфальтовое и каменное покрытие создает в городах совершенно новые условия для поверхностного стока. Значительная часть его отводится в искусственную подземную канализационную сеть, остатки сбрасываются по открытым водосливам в ближайшую речную сеть.

    Город не только загрязняет воды протекающих в нем рек, но и меняет саму гидрографическую сеть. [В Москве, Марселе и ряде других крупных городов на месте скрытых под асфальтом рек – благоустроенные улицы с многоэтажной застройкой.]

    В городах много искусственных форм рельефа. Это выемки вдоль дорог на крутых склонах, засыпанные отходами балки и овраги, а также различного рода искусственно приподнятые, насыпные комплексы.

    Крупный город обладает своим специфическим климатом. Для него характерны повышенная запыленность и задымленность атмосферы, более высокая температура воздуха (до 1-2°С), большая повторяемость туманов и моросящих осадков, общее снижение скорости ветра с резким усилением его на узких улицах и перекрестках. В промышленных городах задымленность атмосферы ведет к значительному снижению годовых сумм солнечной радиации. Во время температурных инверсий на многие промышленные города опускается смог – густой туман, пропитанный копотью и сажей.

    Учитывая три взаимосвязанных показателя: 1) степень озеленения; 2) этажность застройки; 3) “каменистость” – степень застроенности зданиями, доля асфальтового покрытия. Выделяют следующие типы городского ландшафта:

    1. Садово-парковый, который характеризуется максимальной для города озелененностью, естественным почвенным покровом, фаунистически богатыми биоценозами.

    2. Малоэтажный, представляющий собой сложную мозаику небольших по площади ландшафтно-техногенных комплексом (одно- и двухэтажные постройки) и антропогенных ландшафтов в виде садов и огородов.

    3. Многоэтажный, где преобладают многоэтажные здания и заасфальтированные дворы. Уцелевшие ландшафтные комплексы сильно преобразованы, отличаются низкой озелененностью, фаунистически бедными биоценозами.

    4. Заводской, отличающийся высокой степенью насыщенности техногенными объектами особого функционального назначения, а также сплошными массивами асфальтового и каменного покрытия. Поэтому биоценозы заводской территории отличны от биоценозов других типов городского ландшафта.

     

    Селитебные ландшафты появляются и развиваются в процессе урбанизации.

    Урбанизация – это процесс роста городов и распростарнение городского образа жизни.

    Подробнее смотрите в статьях:

    1. Урбанизация.
    2. Сущность и формы урбанизации.
    3. Критерии и показатели урбанизации.
    4. Факторы урбаризации.
    5. Основные этапы урбанизации в России.
    6. Урбанистическая структура регионов России.
    7. История изучения урбаризации в отечественной географии.
    8. Город как ландшафтная система.

    Еще статьи по антропогенному ландшафтоведению

    Еще статьи по  ландшафтоведению

    < Предыдущая   Следующая >

    КУЛЬТУРА ФОРМИРОВАНИЯ УСТОЙЧИВОЙ ГОРОДСКОЙ СРЕДЫ | Опубликовать статью ВАК, elibrary (НЭБ)

    Бауэр Н.В.1, Шабатура Л.Н.2

    1Соискатель, 2профессор, доктор философских наук

    Тюменский государственный нефтегазовый университет 

    КУЛЬТУРА ФОРМИРОВАНИЯ УСТОЙЧИВОЙ ГОРОДСКОЙ СРЕДЫ 

    Аннотация

    В статье рассматривается ландшафтный дизайн как средство формирования городской среды, который позволяет в условиях радикально измененного природного ландшафта  способствовать сохранению баланса между естественными и искусственными компонентами среды, обеспечивая её  экологическую устойчивость.

    Ключевые слова: культура; устойчивое развитие;  ландшафтный дизайн; городская среда.

     

    Bauer N.V.1, Shabatura L.N.2

    1Aspirant,  2Professor,  Doctor of Philosophy

    CULTURE OF CREATING A SUSTAINABLE URBAN ENVIRONMENT

    Abstract

    the article deals with landscape design as a means for the urban environment, which allows in a radically altered the landscape help to preserve the balance between the natural and artificial components providing protection of its environmental sustainability.

    Key words: culture; sustainable development; landscape design; urban environment.

    Культура –  это вся совокупность созданных и создаваемых человеком ценностей, а также способов их созидания, умение использовать их для прогресса человечества, передавать от поколения к поколению. Культура предстает как сотворенная человеком «вторая природа», надстроенная над природой естественной, как мир, созданный человеком, в отличие от девственной природы.

    Экологическая культура выступает в виде совокупности духовных ценностей и норм, т.е. как составная часть духовной культуры. Экологическая культура — это не просто сумма знаний о взаимодействии человека и окружающей среды, а осознанно применяемая на практике экологическая деятельность людей. У каждой личности ориентиры экологического поведения формируются  из научного экологического знания и  из личного, индивидуального опыта повседневной жизни.

    Современное культурологическое знание встаёт перед проблемой о замене жизненно важных и привычных для настоящего времени приоритетов «Человек – властелин природы» и «Задача человека – овладеть природой» на приоритеты современной технической эпохи «Человек – органическая часть природы» и его цель должна состоять не в том, чтобы преобразовывать природу, а приспосабливаться к ней, что возможно лишь при условии повышения уровня культуры в широком понимании этого термина всеми категориями населения, но в первую очередь придерживающих власть, экономику и индустрию, тех от кого зависят глобальные процессы и стратегия развития отдельных государств, а также мирового сообщества в целом.

    Современная концепция «культурного ландшафта» сформировала новое видение ландшафта, например, изучение влияния природного окружения на культуру народа и необходимость, в связи с этим, сохранения, восстановления и развития ценных природных и культурных объектов, в том числе природных и исторических ландшафтов, традиционных видов природопользования. Эти меры призваны способствовать восстановлению и развитию гармоничных взаимоотношений природы и человеческого общества, превращению современных антропогенных ландшафтов в качественно новые пространства – экономически эффективные, экологически безопасные, обладающие высоким эстетическим потенциалом.

    Человек, преображая природу, имел в виду создание нового образа культурной среды. Ученые охарактеризовали этот процесс как создание многоместного отношения между природой, человеком и ландшафтом.

    Природа для человека – сложная система, в культурном ландшафте которой  как бы все время ощущается недостаток информации для эффективного управления. Осваивая пространство, формируя культурный ландшафт, человек познает законы природы; стремясь к построению более совершенной среды обитания, учится сотворчеству с нею. В этом смысле освоение территории и создание культурного ландшафта – это творческий процесс, который и в настоящее время еще не освоен. [3]

    Культурный ландшафт представляет собой социоприродную систему. Общество, создавшее «свой» культурный ландшафт, наделяет его теми качествами и свойствами, которые делают его типичным и уникальным, развивающимся, способным к модернизации.

    Роль зодчего в изменении культурного ландшафта сводится к реконструкции планировочной структуры населенного места и к созданию новых наполненных культурным содержанием пространств.

     Динамику развития современного города характеризуют в основном возрастающие территориальные потребности и увеличение занимаемых городом территорий, развитие промышленности, транспортных магистралей, сферы обслуживания, быстрый рост доли населения. В своем развитии экосистемы всегда стремятся к устойчивому состоянию, но преобразования современного города настолько масштабны, что требуют одновременного решения проблем экономики и экологии. Концепция «устойчивого развития» (Рио-де-Жанейро, 1992 г.) как стратегическая модель предполагает эколого-экономическую сбалансированность в развитии экосистемы (региона, города). Экономические и социальные преимущества городских форм расселения очевидны. Однако рост городского населения с созданием урбоэкосистем в последние десятилетия оказался настолько стремительным, а концентрация и интенсификация деятельности в такой степени высокой, что окружающая среда многих городов России уже не в состоянии удовлетворить многие биологические и социальные требования современного человека. Чрезмерная плотность населения в городах порождает такие проблемы, как загрязнение окружающей среды, шум, недостаток жилья, школ, больниц, транспорта, проблема утилизации твердо бытовых отходов, хаотичность уличного движения, безработица, преступность, массовые заболевания различного характера. Очень серьёзной проблемой для города становится и проблема «свободных территорий» (парки, лесопарки, сады, скверы, бульвары, памятные посадки, городские водоёмы, родники и т.п.). Город, несмотря на своё беспрерывное развитие, значительно отстаёт от требований, предъявляемых социально-экономическим развитием общества к окружающей человека среде. Сегодня отмечается повышенный интерес городского жителя к проблеме экологии города.

    Основное развитие города как феномена культурного ландшафта отражается в его планировочной структуре, размещении основных функциональных зон, характере городских улиц.  Оставаясь неизменной по набору компонентов, планировочная структура города является устойчивым признаком необходимости существования ее в культурном ландшафте.  Город и его «визитка» – планировочная структура –  способны выразить многие проблемы современной культуры потому, что наиболее активно сталкиваются с ними. [3]

    Повседневная жизнь человека связана с восприятием так называемого «вне архитектурного пространства». Выходя из жилого дома, офиса или торгового центра, он неизбежно оказывается в таком пространстве, где восприятием окружения составляет либо продолжение комфортного состояния от нахождения внутри здания, либо становится источником дискомфорта от соприкосновения с чем-то недоделанным и недодуманным в городской среде. Понятно, что далеко не у каждого из горожан решение подобной проблемы связывается с областью городского ландшафтного дизайна. Бывает, что и у самих дизайнеров не сразу возникает представление о том, что нужно изменить в пространстве, чтобы  оно было структурировано и адаптировано к интересам человека. Наблюдая за тем, как люди вынуждены преодолевать «недоделанность» среды, можно догадаться, что при проектировании объекта в творческом коллективе не было людей, способных мысленно обойти будущее строение и испытать на себе воздействие тех факторов, которые могут составить определённую проблему в будущем.

    Положительные реакции со стороны посетителей становятся определённым индикатором высокой степени приспособленности среды к реализации основных функций пространства, а удачная интегрированность компонентов природы означает осмысленное отношение к организации городских фрагментов тех, кто занимается ландшафтным дизайном.

    Напротив, отсутствие обустроенных мест для отдыха в природном окружении, преобладание асфальтовых и бетонных поверхностей, унылый вид бессистемно посаженной много лет назад растительности – всё это не может не привносить в состояние человека отрицательных эмоций. Преодоление такого состояния относится к числу задач ландшафтного дизайна, но для превращения используемых ресурсов природы в действенное средство преобразования городских пространств необходимо обладать определёнными навыками и представлениями. Становится очевидным, что для этого крайне полезно научиться видеть в пространстве не только и не столько случайно посаженные группы деревьев и кустарников, веером расходящиеся дорожки от круглых площадок или клумбы, а освоить приемы обработки фрагментов пространства, в котором каждому элементу принадлежит определённая роль, но уже не в заполнении пространства, а в его логическом структурировании.

    Ландшафтный дизайн позволяет в условиях уже радикально измененного природного ландшафта и нарастающего воздействия техногенных факторов способствовать сохранению баланса между естественными и искусственными компонентами среды, обеспечивая её экологическую устойчивость  [2].

    Усложняющаяся экологическая обстановка в городах постоянно напоминает о себе заметным повышением уровней загазованности и шума. «Островки» природы превращаются под предлогом уплотнительной застройки в зоны общественно-деловой активности, и человек вытесняется из мест его былых прогулок стихийным разрастанием парковок. Ощущение, что вместо человека в городе «живёт» автомобиль, неизбежно возникает при взгляде на многие городские пространства.

    Подступая к критической черте, за которой процесс ухудшения состояния биосферы мог стать неконтролируемым, города стали испытывать острую необходимость поддержания и увеличения природных компонентов среды, т.е. осуществления мер по ландшафтной реконструкции городов с новыми подходами.

    Появление концепции «устойчивого развития» в 1987 году было связано с деятельностью Международной комиссии по окружающей среде и развитию при ООН. Комиссией впервые было акцентировано, что «… устойчивое развитие представляет собой не неизменное состояние гармонии, а, скорее, процесс изменений, в котором масштабы эксплуатации ресурсов, направление капиталовложений, ориентация технического развития и институционные изменения согласуются с нынешними и будущими потребностями».

    Концепция содержит разумную альтернативу  прежнему характеру развития и составляет новую модель гуманистически ориентированного продвижения человеческого сообщества в режиме коэволюции (совместной эволюции) с природой. Эта модель непосредственно отражается на качестве городской жизни, возможности поддержания динамического равновесия города и природной среды.

    Среди путей создания устойчивой среды особая роль принадлежит ландшафтному дизайну, располагающему набором средств в виде обработки поверхности земли, создания форм искусственного рельефа, преобразования форм растительности и формирования водных устройств [2].

    Рассмотрение ландшафтного дизайна в качестве средства предотвращения дальнейшей деградации городской среды связывается с преодолением таких её негативных качеств как функциональная неупорядоченность и эстетическая невыразительность. Одного лишь наполнения пространства растительностью оказывается недостаточно для придания ландшафту позитивных эстетических качеств. Необходимо осмысление возможностей ландшафтного дизайна в качестве средства формирования устойчивой городской среды. Повышение устойчивости среды становится достижимой целью в условиях научно обоснованной архитектурно-ландшафтной реконструкции города.

    Мотивации преобразования ландшафта (к ним относятся: здоровье, богатство, общность, красота, индивидуализация, информация, духовность) являются отражением его современного состояния. По мере роста уровня образования,  культуры и  потребности людей повышаются запросы в уникальных природных объектах.

    Безответственная деятельность человека привела к критическому состоянию как природную среду, так и саму цивилизацию. Хотя кризис называется экологическим, на самом деле он является кризисом общества, кризисом современной культуры, всецело ориентированной на удовлетворение социальных нужд.  Конференция ООН по окружающей среде и развитию, состоявшаяся в 1992 году в Рио-де-Жанейро на уровне глав государств и правительств, рассмотрев ситуацию в мире, пришла к заключению, что существовавшая парадигма развития цивилизации должна быть кардинально изменена, иначе человечество ждет катастрофа. Заслуга организаторов конференции состояла в выявлении проблем, остро вставших перед человечеством, среди которых как наиболее важные были названы деградация окружающей среды под влиянием деятельности человека. Основой новой парадигмы является  концепция устойчивого развития. Если внимательно проанализировать эту концепцию, то станет ясно, что она, провозглашающая необходимость рационализации потребления, реализуема только при обеспечении приоритета духовных ценностей над материальными и общественных интересов над индивидуалистическими.

    Кардинальное изменение парадигмы развития требует не менее кардинальных изменений в сфере образования и науки. В частности, уже на стадии общего образования должны закладываться основы понимания взаимосвязи жизни человека во всех её проявлениях с природными и антропогенными процессами и состоянием окружающей среды. На стадии высшего профессионального образования указанное направление должно получить более глубокое развитие с одновременным выделением приоритетных крупномасштабных задач, стоящих перед каждой научной и технической дисциплиной. С учетом роли духовного фактора в реализации концепции устойчивого развития должна быть усилена мультидисциплинарность образования и его гуманизация.  Для того, чтобы сформировать правильное понимание проблем окружающей среды, законов существования и гармоничного развития человека в биосфере, необходима эффективная система образования, создающая основу духовности и нравственности человека. Образованный человек  может понять суть содеянного, оценить последствия, перебрать варианты выхода из неблагоприятной ситуации, предложить свою точку зрения. Образованный человек способен отречься от удовлетворения прагматических потребностей и способен проявить гражданское мужество, благодаря которому будут отвергнуты ставшие сомнительными ценности и придет освобождение от диктата потребления.

    Одна из стратегических целей образования – формирование экологического мировоззрения, основу которого составляют научные знания, общая и экологическая культура и этика. Тактическая цель, в данном контексте, это формирование духовных потребностей и экологической ответственности молодых людей за последствия своих действий в природе. В общеобразовательной и высшей школе всё активнее внедряются такие методы и модели обучения, в основе которых лежит гуманитарно-эстетическая и естественно научная предметная интеграция, которая  позволяет не только подготовить обучаемых к системному, научному восприятию мира и его экологических проблем, но и усилить у них потребности познания и активной природоохранной деятельности. Современная социальная, экономическая и нравственная атмосфера требует фундаментального переосмысления учебных программ и отражения в воспитательно-образовательном процессе вопросов формирования экологической ответственности человека за последствия своих действий в природе.

    Профессия дизайнера – синтетический вид творческой деятельности, и в зависимости от специализации предусматривает интеграцию различных видов профессиональной подготовки. Так, например, профессия ландшафтного дизайнера предполагает знания техники, экономики, архитектуры, живописи, биологии, экологии, скульптуры, прикладного искусства и т.п. То есть, целью профессиональной подготовки будущих дизайнеров становится не узкопрофильная подготовка специалистов, а общекультурное, социально и личностно значимое  развитие творческого потенциала личности, формирование высокого уровня духовности и профессиональной культуры [1].

    Основными принципами формирования профессиональной культуры будущих дизайнеров можно считать следующие:

    • социальная ориентированность и социальная ответственность  – предполагает приоритет социальных, т.е. необходимых обществу целей по отношению к другим;
    • фундаментальность и системность  – обеспечивает университетский характер образования, глубину и устойчивость знаний, способность к самообучению; самооценка, самоанализ, самоуправленчество;
    • единство государственной, региональной и национальной составляющих образования  – обеспечивает сохранение, развитие и обогащение будущих дизайнеров национальными и местными традициями и формирует образовательную среду в соответствии с глобальными и общемировыми процессами;
    • единство обучения, профессиональной и научной деятельности – требует совершенствования модели учебного процесса, связи его с реальной профессиональной деятельностью и соответствующей квалификацией преподавательского состава, а также научно-исследовательской работой студентов;
    • креативность и коммуникативность – предполагает постоянное «погружение» в состояние творчества. Это должен быть такой процесс обучения, который обеспечивал бы возможности для студентов «самостоятельно образовываться в пространстве творческого бытия»;
    • гуманность и гармоничность – означает человеколюбие, человекоразмерность всех систем;
    • междисциплинарность – подразумевает взаимодействие всех областей знаний, методов и форм преподавания. При этом ядром, объединяющим все дисциплины, должно быть дизайнерское проектирование;
    • экологичность – вытекает из специфики образования в эпоху экологических катаклизмов. Эта позиция призвана развить экологическое мышление как фундаментальную особенность профессиональной культуры дизайнера.

    Таким образом, создаются предпосылки для успешного развития профессиональной деятельности и идет формирование профессиональной  культуры будущих дизайнеров, осуществляется интеграция учебных дисциплин, инициирование научной рефлексии студентов, гуманизации и гуманитаризации, взаимосвязи теоретической и практической подготовки, культурологического подходов.  В формировании нового поколения дизайнеров возрастает роль освоения нового языка ландшафтного дизайна, основанного на соответствующих технологиях. Последовательно рассматривая подходы к формированию различных компонентов городского ландшафта и применяя их к пространству улиц, площадей, набережных, парков и к жилой среде, предоставляется возможность будущим проектировщикам понять  «алгоритм» конструирования среды пребывания человека с ориентацией на его интересы.

    Задача культуры состоит в том, чтобы найти оптимальные пути экологической организации городской территории, способствовать восстановлению и развитию гармоничных взаимоотношений природы и человеческого общества,  превращению современных антропогенных ландшафтов в качественно новые пространства – экономически эффективные, экологически безопасные, обладающие высоким эстетическим потенциалом. Современная и профессиональная организация культурных ландшафтов должна обеспечить устойчивое развитие территории на длительный срок.

    Литературы

    1.Крылова Н.Б. Формирование культуры будущего специалиста [текст]./ Н.Б. Крылова – М.: Высшая школа, 1990. – 142 с.

    2. Нефёдов  В.А.  Городской ландшафтный дизайн/ Нефёдов В.А.: Учеб.пособие. – СПб.: «Любавич», 2012.- 320 с.: ил

    3. Смолицкая Т.А., Король Т.О., Голубева Е.И. Городской культурный ландшафт: Традиции и современные тенденции развития/Под ред. Т.А.Смолицкой. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2012. – 272 с., цв. вкл.

    Городские пейзажи | GEOG 30N: Окружающая среда и общество в меняющемся мире

    Городские пейзажи

    В Модуле 2 мы узнали, что в географии ландшафты определяются как сочетание экологических и человеческих явлений, сосуществующих вместе в определенном месте на поверхности Земли . Городские районы – одни из самых ярких примеров ландшафтов, окружающих человека. Они связаны с высочайшим уровнем человеческой деятельности и часто в значительной степени определяются факторами окружающей среды.

    Давайте начнем с изучения Нью-Йорка, крупнейшего города США и одного из крупнейших городов мира. (Токио обычно считается самым большим городом в мире.)

    Рис. 7.1 Аэрофотоснимок Нью-Йорка

    Участок суши в центре рисунка 7.1 – это остров Манхэттен. Река Гудзон находится вверху, а Ист-Ривер – внизу. На левом краю показаны реки Гудзон и Ист-Риверс, сходящиеся в гавани Нью-Йорка.Через Гудзон от Манхэттена находится Нью-Джерси. Через Ист-Ривер находится Бруклин, который находится на оконечности Лонг-Айленда.

    Гавань Нью-Йорка – один из лучших естественных портов мира. Корабли всех размеров могут заходить в пространство, в значительной степени свободное от океанической турбулентности, и стыковаться вдоль удивительно длинной общей протяженности побережья. Нью-Йорк превратился в важный портовый город в колониальные времена и остается центром судоходства по сей день, о чем свидетельствуют прямоугольные судоходные сооружения, выступающие в реки в разных местах.Как остров, расположенный в центре судоходного пространства, Манхэттен превратился в центр развития на территории современного мегаполиса Нью-Йорка.

    Есть и другие большие гавани вдоль восточного побережья Соединенных Штатов, такие как Бостонская гавань и Балтиморская гавань:

    Рисунок 7.2 Бостонская гавань

    Предоставлено: Бостонская гавань USS Конституция ВМС США, найденная на Викимедиа (общественное достояние).

    Рисунок 7.3 Балтиморская гавань

    Неслучайно все три этих прекрасных естественных гавани стали крупными городами США. Их экологические преимущества перед другими местами положили начало развитию, которое сохраняется и по сей день. Существует экологическое объяснение того, почему Нью-Йорк в конечном итоге стал крупнейшим городом США вместо Бостона или Балтимора. Чтобы увидеть это, нам нужно наблюдать за окружающей средой в более широком масштабе. Внимательно посмотрите на восточную часть этой топографической карты (Рисунок 7.4), и обязательно «Нажмите, чтобы увеличить восточное побережье»:

    Обратите внимание на Аппалачи, непрерывно идущие из Джорджии через Мэн (и далее в Канаду) с одним важным исключением: маршрут из Нью-Йорка на север по Гудзону в Олбани, а затем на запад между Катскиллс на юго-востоке Нью-Йорка и Адирондаком на севере Нью-Йорка. Йорк. Гудзон – очень широкая река, по которой судоходство проходит через Олбани. В 1800-х годах канал Эри был построен в коридоре между Катскиллс и Адирондак.Это связывало восточное побережье с Великими озерами и, в свою очередь, с внутренней частью страны. Таким образом, Нью-Йорк стал центром торговли между внутренними территориями США и остальным миром. По мере того как значение интерьера росло, росла и Нью-Йорк.

    Многие другие важные города мира возникли из-за того, что их прекрасные естественные гавани использовались для портов. Вот несколько примеров.

    Ванкувер, Британская Колумбия, Канада

    Рисунок 7.5 Порт Ванкувера

    Кредит: © Spiroview Inc / Adobe Stock

    Шанхай, Китай

    Рисунок 7.6 Бунд (знаменитая набережная)

    Гамбург, Германия

    Рисунок 7.7 Порт Гамбург

    Предоставлено: Санкт-Паули-Ландунгсбрюккен, пользователь: Batintherain из Википедии (общественное достояние)

    Рио-де-Жанейро, Бразилия

    Рисунок 7.8 Рио-де-Жанейро

    В Рио-де-Жанейро один из самых живописных городских пейзажей в мире. На рис. 7.8 показана береговая линия с высокими зданиями в устье залива Гуанабара.Атлантический океан находится справа от изображения. Большая крутая гора в центре – гора Сахарная голова (португальский: Pão de Açúcar). Рио-де-Жанейро был основан португальцами и стал важным портом для торговли с внутренними регионами Бразилии. На рис. 7.9 представлен другой вид города:

    .

    Рисунок 7.9 Рио-де-Жанейро (второй вид)

    Это изображение смотрит на побережье Атлантического океана. На нем изображено несколько гор и несколько высоких зданий вдоль побережья. На переднем плане – плотная коллекция небольших зданий, обрамляющих склон холма.Этот район на склоне холма – Росинья, самая большая фавела (трущобы) в Рио-де-Жанейро и одна из крупнейших в мире. Трущобы часто расположены на склонах холмов, где условия строительства хуже и доступ к центру города хуже. Если вы внимательно посмотрите на рис. 7.9 (увеличьте полноразмерное изображение Росиньи), вы увидите много зданий в Росинья, в которых верхние этажи архитектурно отличаются от нижних этажей. Эти верхние этажи просто прикрепляются к нижним этажам специальным образом.Все это делает Росинью и другие фавелы на склоне холмов уязвимыми для оползней. Оползни в фавелах в Рио-де-Жанейро вызывают вопросов экологической справедливости вопросов, аналогичных тем, которые обсуждались в разделе Модуля 5 о недостатках развития.

    Венеция, Италия

    Еще один городской пейзаж, сильно выраженный водой, – это Венеция, Италия. Венеция примечательна тем, что полностью свободна от автомобилей. Все путешествия проходят пешком или на лодке.

    Рисунок 7.10 Гондолы в Венеции

    Предоставлено: Гондолы в отеле Ca ‘Sagredo – Grand Canal от Майка Икса из Flickr под лицензией CC0

    Может показаться, что в городских ландшафтах преобладает деятельность человека.Как показывают изображения на этой странице, окружающая среда часто является основным фактором городской формы. Например, расположение естественных гаваней влияет на расположение крупных портовых городов. Но человеческий фактор по-прежнему играет важную роль. Человеческая роль особенно ярко проявляется в городах, которые были построены с нуля, чтобы служить политической столицей, включая Вашингтон в Соединенных Штатах, Бразилиа в Бразилии, Абуджу в Нигерии, Канберру в Австралии и Исламабад в Пакистане. Эти города возникли в основном по социальным причинам, а не по экологическим причинам.Например, место для Вашингтона было выбрано между политическим севером и югом. При изучении городского ландшафта важно учитывать как экологические, так и социальные факторы, а также признать, что города являются частью систем человека и окружающей среды.

    В оставшейся части этого модуля мы сосредоточимся на нескольких аспектах городов, которые имеют большое значение для устойчивого развития.

    Городской ландшафт и климат

    1 Кафедра искусства, архитектуры и городского планирования, Исламский университет Азад, Наджафабад, Иран.

    Введение

    Нет единого мнения об определении городского ландшафта. В разных определениях акцент делается на различных факторах, таких как население, тип экономической деятельности, административный район и т. Д. Но очевидно, что в формировании городов участвуют несколько факторов, включая человеческий фактор, содержащий культуру, общество. и экономия тоже. Каждая из этих характеристик имеет свои особенности, которые необходимо выявить в конкретных исследованиях.Более того, факторы окружающей среды (разделенные на естественную среду и искусственную среду) эффективны в этом отношении. Факторы природной среды связаны с природой города и включают некоторые факторы, такие как географические особенности, климат и растительность. С другой стороны, факторы искусственной среды – это те факторы, которые были созданы проектировщиками и горожанами и относятся к формированию зданий, дорог, городских открытых пространств и т. Д. Вышеупомянутые факторы вместе образуют город. .Если мы называем эти факторы физическими факторами, следовательно, мы должны упомянуть группу нефизических факторов, которые стимулируют чувство восприятия граждан и публики в городе и очень эффективны для формирования качества города. Эта группа факторов связана с человеческим опытом, поведенческим восприятием и мысленными наблюдениями. В качестве примера этих факторов можно сослаться на удовольствие вспоминать хорошие воспоминания об определенном месте. Если первая группа факторов – это действующие факторы городского ландшафта, то кажется очевидным, что городской ландшафт – это объективный ландшафт города, элементы которого конкретны и практичны.С другой стороны, восприятие и представления горожан об имеющихся элементах города можно идентифицировать как образ города. Таким образом, образ города действительно является мысленным ландшафтом города, создаваемым восприятием и обработкой ландшафта в человеческом сознании.

    Методология

    Эта статья направлена ​​на изучение роли климата в ландшафте различных иранских городов. Соответственно, наш подход в этом исследовании основан на феноменологическом признании.Что касается характера нашего предмета, методология исследования носит описательный характер, основанный на библиотечном методе сбора и извлечения необходимых данных и информации из доступных ресурсов. Основываясь на доступной литературе о различных климатах в разных регионах Ирана, мы изучили влияние четырехкратного климата Ирана на городскую ткань и их роль в ландшафте городов.

    Результаты и обсуждения

    Пейзаж

    Английский ландшафт и французский paysage коренятся в словах «земля» и «плати», которые означают землю; в то время как escape и sage, поскольку вторая часть слов означает «смотреть в сторону».Таким образом, этимологически пейзаж означает землю, на которую смотрят издалека. Пейзаж и земля – ​​не взаимозаменяемые синонимы. Земля относится к почве и естественному грунту, даже когда речь идет о собственности или качестве чего-либо, в то время как ландшафт действительно является общим наследием и коллективной идентичностью. Пейзаж имеет несколько характеристик, и никто не может претендовать на его право собственности; хотя можно спросить, кто действительно несет ответственность за охрану ландшафта.

    Слово «пейзаж» впервые было использовано в 15 веке в голландском языке для обозначения определенного типа живописи.Современное применение концепции ландшафта сопровождалось огромными изменениями в 19 веке во всем мире. Французская революция и ее влияние на другие европейские страны наряду с промышленной революцией привели к очень широким и быстрым изменениям в политической и социальной структуре этих стран, а затем и других стран мира. Промышленная революция увеличила изменения ландшафта. В настоящее время каждый из нас живет в окружающей среде и ландшафтах, которые отличаются от окружающей среды и ландшафтов прошлого.Изменение моделей передвижения и рост урбанизма и городского планирования, а также процесс глобализации были (и остаются) очень сильными движущими силами в изменении ландшафта. При этом прошлые изменения ландшафта были в основном традиционными, стабильными и постепенными. Наши предки жили в таких ландшафтах и ​​рассказывали о них. Пейзаж был стабильным и надежным источником в их жизни (Habibi, 2009).

    Пейзаж – это проявленная и конкретная часть формы, в которой можно наблюдать визуальное и практическое проявление и все, что формирует пространство (Mahmoudi, 2006).

    Городской пейзаж

    Как и городское планирование, термин «городской ландшафт» – устаревшее понятие. Хотя применение этой концепции восходит к формированию и развитию городов, но в профессиональном плане она была впервые предложена в 19 веке Фредериком Лоу Олмстедом в отношении городов США. Уильям Уилсон назвал Олмстеда отцом ландшафтного дизайна. Термин пейзаж затем был использован Гордоном Калленом в журнале Architectural Review Journal и опубликован в книге под названием Urban Landscape в 1961 году.В начале 20 века Чарльз Вальдхайм использовал этот термин для описания новых достижений в городском планировании. В настоящее время городской ландшафт – это особая область изучения, происходящая от архитектуры и городского планирования (Habib, 2006). Каллен считает, что городской ландшафтный дизайн – это искусство визуальной и структурной интеграции множества зданий, улиц и мест, образующих городскую среду. Это искусство соединения различных компонентов физики города (Cullen, 2013).

    Тема городских ландшафтов особенно важна сейчас, когда появляются новые взгляды, особенно подходы взаимодействия и внимание к взаимному влиянию окружающей среды на человека и человека на окружающую среду. При этом известно, что каждый городской пейзаж, который может создавать и прояснять изображение, может также играть социальную роль, потому что он помогает людям знать, где они находятся, и, следовательно, знать окружающую среду и более желательно согласовывать свою деятельность с окружающей средой и даже укреплять их коллективные воспоминания и общение (Хабиб, 2006).

    На протяжении истории человек всегда стремился к господству над природой. Человек, который раньше думал только о том, чтобы построить безопасный дом, теперь к тому времени сумел построить города и страны благодаря изобретению коллективных коммуникаций. Что касается взаимоотношений между человеком и природой и, следовательно, использования земли и проектирования зданий, многие общества считают господство человека над природой само собой разумеющимся. Такое отношение к миру природы и способу встречи с ним сыграли фундаментальную роль для человека.

    Изменение социальной культуры от сельского общества к индустриальному обществу привело к значительным эволюциям и изменениям в городах, благодаря которым началась иммиграция из сельских районов в города, а урбанизм превратил человечество в создание открытого и зеленые насаждения, потому что жизнь в городах была далека от природы, и застройки нанесли значительный ущерб природным элементам. Для того, чтобы противостоять этому явлению, человеку необходимы для существования специалисты, способные навести порядок в стремительных темпах развития и защитить природные ресурсы.В связи с этим было проведено множество исследований поведения человека по отношению к природе, в то время как это направление исследований было изменено в основном из-за влияния городской жизни. Человеческое поведение в природе очень ограничено. Теперь человек лишен естественных преимуществ, которые природа давала ему. Действительно, современная жизнь, отличная от природных качеств городов, меняет человеческую природу. Возможные условия для примирения природы и города, вероятно, требуют некоторых образовательных и культурных аспектов, и это может побудить людей, которые корнями в деревнях, покидать города и возвращаться в их первоначальную среду обитания, чтобы заново согласоваться с гармонией природы. .Лицо города – результат совокупности разумных представлений человека и его образов окружающей среды. Получение такого восприятия является результатом акцента на всех факторах, влияющих на человеческие чувства. Между тем, признание окружающей среды и объединение материальных и духовных элементов вместе с воспоминаниями людей может создать нечто важное, известное как ландшафт (Baqayi et al., 2011).

    В этом отношении городской ландшафт представляет собой конкретное явление, существовавшее благодаря качеству физических факторов окружающей среды.Но он приобретает мысленный образ из-за того, что помещен в исторические условия против людей, которые его воспринимают, и, следовательно, становится связующим элементом людей общества (там же).

    Первые проявления городского пейзажа нужно искать на Ближнем Востоке и в иранских садах. Конечно, Висячие сады Вавилона и Зеленый холм Китая, построенные монголом Хубилай-ханом, являются другими примерами первых эффективных образцов городского пейзажа. Интересно, что все упомянутые примеры построены властью.Возрождение, положившее начало новой эпохе в Европе, сделало городской ландшафт предложенным для людей с социальной точки зрения. Яркие образцы городских пейзажей этой эпохи можно увидеть на итальянских площадях и во французском Версале.

    Греки считали, что пространство плавно и бесконечно, а здания плавают на нем. Акрополь – яркий пример этой концепции, которая была сформирована в отношении точного размещения статуй. Соответственно, дизайн и размещение зданий в современных городах необходимо учитывать по отношению к их окружающему пространству.Хотя дизайн зданий изнутри наружу играет важную роль в восприятии внутренних пространств, этот метод может недооценивать потенциальное качество пространств вокруг здания (Sabri, 2003).

    Формирование городской ландшафтной системы

    Чтобы прояснить концепцию городского ландшафта и связанные с ней концепции, необходимо объяснить позицию этого понятия во взаимодействиях между человеком и окружающей его средой.Концептуальная модель отношения человека и окружающей среды показывает, что существует взаимосвязь между характеристиками городского пространства, с одной стороны, и восприятием, познанием, оценкой и поведением человека, с другой.

    1. На первом этапе городская среда демонстрирует свою геометрию и осязаемые особенности, такие как запах, визуальные особенности, звуковые особенности и т. Д., Пяти чувствам человека. На этом этапе городская среда становится предметом человеческого «восприятия».Результатом взаимодействия на этом этапе является явление, известное как городской пейзаж .
    2. На втором этапе городская среда является предметом «познания» индивидов. На этом этапе разум человека создает и представляет город на основе его / ее данных об окружающей среде, ментальных схем, опытов, предыдущих воспоминаний и т. Д .; тогда человек придает определенное значение окружающей среде. Результатом взаимодействия городской среды и разума человека является феномен, известный как образ города .
    3. На третьем этапе разум человека получает положительную или отрицательную аффективную реакцию, основанную на полученных им познаниях об окружающей среде и аффективном и оценочном процессе. Результатом взаимодействия городской среды и оценочного мышления человека является феномен, который Джек Нассер назвал оценочным изображением города .
    4. Наконец, на четвертом этапе, основанном на взаимодействии между городской средой и человеком, он / она ведет себя определенным образом на основе вышеупомянутого оценочного изображения города, показывающего вероятные события и события в этой среде.

    Изучая взаимосвязь между городской средой и человеком, мы можем сделать вывод, что городской ландшафт представляет собой систему, состоящую из комбинации трех подсистем: «городской пейзаж», «образ города» и «оценочный образ города». Другими словами, представление о городском ландшафте в целом формируется только в результате взаимодействия упомянутых трех подсистем. Действительно, городской пейзаж является результатом трех типов видения:

    1. Взгляд буквально глазами, в результате чего виден городской пейзаж
    2. Просмотр мысленным взором, результатом которого является образ города
    3. Просмотр глазами сердца, результат оценивающего изображения города

    Структурно-пространственные уровни городского ландшафта

    Макроуровень

    Физическая и пространственная структура города на макроуровне предлагается, когда весь город или большая его часть видны из-за определенного места или положения наблюдателя.Это то, что можно наблюдать издалека, когда мы прибываем в город или когда мы смотрим на него с соседнего холма или горы, потому что в этом случае мы можем видеть весь город или значительную его часть. Тело города в этом масштабе устанавливает взаимосвязь с природными, культурными и историческими характеристиками, а уровень влияния города на упомянутые характеристики играет важную роль в создании ландшафта с четкой идентичностью города. На этом уровне здания и другие элементы ландшафта города не видны в одиночку; но мы можем видеть только сочетание городской ткани, массы зданий и больших открытых пространств, линии горизонта и выдающихся природных элементов (Правила и правила качественного продвижения городского ландшафта, 2012).

    Средний уровень

    Физические и пространственные элементы городского пейзажа на промежуточном уровне предлагаются, когда наблюдатели находятся внутри городской ткани. В таком случае физические размеры зданий, людей и их деятельность, звуки, запахи и т. Д. Можно воспринимать с более близкого расстояния на уровне части города. Улицы и их различные компоненты, включая фасады зданий, высоту, текущую деятельность, автомобили, поведение, плотность населения движущихся людей, деревья, различные типы заметных городских пространств, перекрестки, горизонты в сторону выдающихся природных и искусственных элементы и т. д.являются основными составляющими городского ландшафта среднего уровня. На этом уровне исторические здания и ткани города, которые содержат значительную часть исторической идентичности города, играют очень важную роль (там же).

    Микро-уровень

    Эта шкала включает в себя максимально близкое противостояние горожанина городу. В таком случае наблюдатель концентрируется на компонентах из-за своей узкой точки зрения. Физические и пространственные компоненты городского ландшафта на этом уровне включают детали фасадов, материалы, цвета, тени от конструкций, окна, компоненты тротуаров, зеленые насаждения, городскую мебель, городские установки, такие как электричество. столбы, телефонные киоски, скамейки, мусорные баки, подходящее размещение этих компонентов в соответствии с особенностями города и их эффективность играют важную роль в восприятии горожанами своего города (там же).

    Городской ландшафт и климат

    иранских городов имеют ткани, которые отличаются разнообразием климата и условиями окружающей среды, которые являются основными и важными факторами при формировании этих тканей. Например, северные районы Ирана вдоль побережья Каспийского моря имеют очень разные ткани, чем прибрежные районы Персидского залива (Машадизаде Дехакани, 2006).

    С точки зрения климата Иран разделен на четыре основных региона.Что касается влияния климата на структуру города, формы зданий и материалов, эти регионы имеют некоторые общие черты. Эти четыре региона включают южное побережье Каспийского моря, северное побережье Персидского залива и Оманского моря, горные и высокогорные районы и равнины плато.

    Каждый из этих климатов имеет свои собственные специфические климатические условия, поэтому жители Ирана сталкиваются с высокой влажностью и дождями на побережьях Каспийского моря, в то время как на побережьях Персидского залива они сталкиваются с раздражающей жарой и влажностью.С другой стороны, в горных районах очень холодно и минус нулевые холода с долгими зимами; и, наконец, равнины плато очень жаркие, сухие с непрерывными пустынными ветрами. В современных зданиях используются современные технологии и механическое оборудование для работы в этих климатических условиях. Но в прошлом таких сооружений не было, и поэтому традиционные строители должны были использовать местные материалы и оборудование, чтобы противостоять нежелательным и эрозионным факторам природы и оптимально использовать климатические условия при их проектировании и реализации для обеспечения благосостояние городских пространств и зданий.В целом, несмотря на большинство нынешних зданий, традиционные здания не были необходимыми для решения проблем климатических условий, но они использовали эти условия для того, чтобы сосуществовать с природой и иметь логическое использование этих условий. В следующих разделах мы рассмотрим каждый из этих четырех регионов и влияние этих условий на структуру города, форму зданий и тип материалов, которые являются очень важными факторами в формировании городского ландшафта упомянутых регионов. (Гобадиан, 2008).

    Следует отметить, что в некоторых случаях некоторые моменты относятся к характеристикам зданий и традиционной структуре городов, в то время как новые квартиры и изменение образа жизни привели к меньшему использованию этих особенностей в архитектуре городского планирования. новые города. К сожалению, широкое применение технологий (то есть в некоторых случаях они не подходят для этих случаев) в настоящее время игнорируются климатические условия и погодные условия в городах, и поэтому здания и городские структуры разных регионов похожи на друг друга независимо от климатических условий, не имея своей специфической и уникальной идентичности.В результате в настоящее время здания и городские ткани разных климатических регионов не различимы из-за их формирующего ландшафта. Это когда в прошлом города сильно отличались друг от друга, потому что форма зданий, городская структура и материалы выбирались и использовались на основе климатических требований каждого региона, чтобы соответствовать окружающей среде и условиям окружающей среды; и, следовательно, разные климатические условия привели к разным ландшафтам как на макро-, так и на микроуровне в разных городах.

    Мягкий и влажный климат (Южное побережье Каспийского моря)

    Этот регион, расположенный на южном побережье Каспийского моря, является одним из самых процветающих климатических регионов Ирана и считается мягким регионом. Высокий уровень дождей и относительно высокая влажность в любое время года, низкая разница в уровне тепла между днем ​​и ночью, а также обширная растительность – характерные черты этого климата. Эти побережья включают две отдельные области, т.е.е. равнины и горы. Равнины простираются вдоль моря и охватывают очень большие плантации с крупными городами на них. С другой стороны, горные районы северных гор Альборз покрыты лесными деревьями, а расстояние между горами и морем не превышает нескольких километров. Принимая во внимание упомянутые различия, материалы и форма зданий в этих двух прилегающих районах относительно отличаются друг от друга.

    Из-за климатических условий городская и сельская ткань этого региона открыта и широкая, чтобы подготовить кондиционирование воздуха; здания в деревнях и сельской местности разделены, в то время как в городских центрах здания связаны друг с другом из-за более высокой плотности населения и стоимости земли.Городские районы в городах включают большие пространства, а улицы относительно широкие.

    К характеристикам формы зданий в этом климатическом регионе можно отнести наклон крыш зданий, наличие балконов вокруг зданий (в деревенских домах и сельских постройках), экстраверсию формы зданий, отсутствие подвалов, возводимых выше наземного этажа (возводимых по пилотному проекту). Кроме того, из-за высокой влажности в этом регионе, чтобы обеспечить максимальное естественное кондиционирование воздуха, площади проемов больше, чем в других регионах, потолки высокие, а окна построены по направлению ветра с двух противоположных фронтов.Строительные материалы области в корпусе стен и основного здания – это легкие материалы с высокой теплоемкостью и небольшой толщиной. Следует отметить, что использование древесины в материалах было очень распространенным из-за наличия в регионе многочисленных лесов и лесов (Qobadian, 2008).

    Среди вышеупомянутых характеристик традиционных зданий и городской структуры этого региона особенность, которая наблюдается в городском ландшафте городов на южном побережье Каспийского моря, – это высокие и наклонные крыши, которые в основном сделаны из жести. .Хотя в прошлом можно было заметить, что в разных частях этого региона для покрытия наклонных крыш использовались другие материалы, такие как дерево, глина, рисовая солома, камыш и т. Д., Но в настоящее время эти материалы редко используются в строительстве, за исключением деревни и небольшие города, и, очевидно, это имеет важное влияние на общий ландшафт региона. Другой наблюдаемой характеристикой городского ландшафта нынешних городов, сформировавшейся на основе климатических условий, является наличие нескольких окон в фасаде современных зданий, т.е.е. квартиры. В этих зданиях традиционные террасы заменены небольшими балконами, в то время как традиционные террасы были важными элементами предыдущих домов. Еще один важный момент – расширение улиц и аллей. Эта проблема связана с проблемами дорожного движения, а не с адаптацией к окружающей среде и климатическим условиям.

    Жаркий и сухой климат (пустыни плато)

    Пустыни плато, которые считаются значительной частью иранских территорий, в основном расположены в центральной и восточной частях Ирана.Даште-Кавир и Даште-Лут расположены в центральных районах Ирана и в основном включают пустоши с очень небольшим количеством дождей. В пустынной окраине погода более мягкая, с большим количеством дождей, но в любом случае климат в этих районах жаркий и сухой. Жаркий и сухой климат летом и холодный и сухой климат зимой, очень слабые дожди, очень низкая влажность, очень низкая растительность и различная разница в жаре между днем ​​и ночью, а также пыльные ветры на окраинах двух упомянутых пустынь – вот основные факторы. общая характеристика этого региона.

    Жители этого климата делают жилую ткань очень плотной и плотной, чтобы выдержать в своих домах смертельную жару лета и прохладу зимы, а также избежать проникновения нежелательных ветров в ткани, чтобы при взгляде на этот пейзаж издалека это кажется связанным единым набором. Такие компактные и интенсивные ткани не только защищают людей от надоедливых ветров пустыни, но и сталкиваются с проникновением сильной жары и прохлады летом и зимой из-за значительного уменьшения их контакта с воздухом.Среди других характеристик городской структуры в этих областях можно назвать полностью замкнутые городские пространства, узкие, неупорядоченные и даже крытые переулки и тропы, непрямые дороги и соединенные здания. Форма построек полностью замкнута и замкнута. У всех зданий был центральный двор, а в большинстве из них есть подвал, терраса, зеленые насаждения и воздушная яма. Кроме того, пол зданий был ниже, чем пол улиц, в то время как относительно высокая крыша комнат, относительно толстые стены, арочная и куполообразная форма крыш и наличие двух разных частей для проживания зимой и проживания летом – другие характеристики домов в этом климате.Строительные материалы стен в основном обладают высокой теплоемкостью (кирпич, глина и т. Д.), А двери, окна и даже опоры террас и горизонтальные опоры крыш в основном выполнены из дерева (Qobadian, 2008).

    Важным моментом в проемах в этих зданиях было то, что большая часть проемов и окон была направлена ​​в сторону защищенной зоны центрального двора, чтобы меньше зависеть от суровых условий внешнего климата. Вот почему мало выходов на улицу или на улицу.Таким образом, внешние грани традиционных жилых домов в этих районах относительно близки, и наблюдатель ничего не видит, глядя на улицы, окружающие упомянутые здания. Кроме того, входные части этих зданий отделены от других частей, потому что они имеют особую архитектуру с местом для сидения и отдыха. Эти входы создают уникальный и неповторимый вид, характерный для этого региона, и эти входы являются фактором идентичности этих зданий.

    Жаркий и влажный климат (северное побережье Персидского залива и Оманского моря)

    Этот регион простирается вдоль узкой и длинной прибрежной полосы, влажность которой очень высока из-за близости к морю; но нехватка дождя помешала любой подходящей растительности, кроме пальм и некоторых ограниченных полей, принадлежащих жителям. В остальных случаях это пустырь. В большинстве районов этого региона подземные воды очень соленые, а основная почва региона – известняк.К тому же разница в жаре между днем ​​и ночью невелика.

    Из-за суровых климатических условий и для того, чтобы столкнуться с такими условиями, создание тени и использование ветрового потока являются двумя важными факторами при формировании формы зданий и городских структур. Городская ткань в этих областях полуинтенсивна, а сельская ткань относительно открыта. Городская ткань региона более интенсивна, чем сельская, из-за большого количества населения, экономических проблем и затрат на землю.Городская и сельская структура этих прибрежных районов – нечто среднее между открытым пространством побережья Каспийского моря и тесной структурой центрального региона Ирана. Городские пространства полузамкнуты, а города и прибрежные поселки расширяются, в основном, вдоль побережья и в сторону моря.

    В отношении общих характеристик формы зданий в этом районе мы можем отнести к центральному двору и полуинтровертному характеру зданий, максимальному использованию тени и воздушного потока, высоте комнат, длинным и вытянутым окнам. , крытые и большие балконы, отсутствие подвала, ровная поверхность крыш, использование воздушных ям с широкими устьями и направлением в сторону моря.Более того, в этом регионе используются строительные материалы с высокой теплоемкостью, которые позволяют сэкономить немного тепла. Кроме того, из-за низкого уровня растительности только древесина используется для строительства крыш, дверей и окон (Qobadian, 2008).

    Холодный климат (горные районы и высокогорье)

    Горы Альборз и горы Загрос отделяют центральные районы Ирана от побережья Каспийского моря на севере и равнин Месопотамии на западе.Общие характеристики климата в этом регионе включают в себя сильные холода зимой и мягкость летом, сильные снегопады на севере и северо-западе страны, низкую влажность и очень значительную разницу между дневной и ночной жарой. Принимая во внимание очень высокую холодность воздуха и очень мало солнечного тепла в большую часть года, использование ежедневных температурных колебаний, сохранение тепла и предотвращение холодных зимних ветров в жилых районах кажутся необходимыми.Более того, очень холодная погода является определяющим фактором в формировании городской и сельской ткани. Следовательно, ткань региона является интенсивной, и здания связаны друг с другом, дороги узкие, а городские пространства малы и закрыты, насколько это возможно, чтобы противостоять проникновению потока холодного ветра в эти пространства. Кроме того, направление солнца – еще один определяющий фактор в протяженности и общем ландшафте городов.

    Как и городская ткань, форма зданий спроектирована с учетом климата региона и для предотвращения холода.Здания этого региона интровертированы с центральным двором, высота комнат низкая, крыши в основном плоские, проемы небольшие, стены относительно толстые, а общая форма зданий подобна кубической геометрии. . Здесь важно отметить, что на северных холмах гор Альборз традиционные здания имеют скатные крыши, в то время как крыши других районов плоские. Отверстия в этой области узкие, чтобы свести к минимуму обмен погодных условий между внутренним и внешним пространством.При этом проемы южных стен зданий шире, чтобы поглощать как можно больше тепловой энергии солнца. Ширина проемов, направленных навстречу холодным зимним ветрам, должна быть максимально узкой, и даже такие проемы во многих случаях удаляются. Строительные материалы в этом регионе – это в основном местные материалы. В связи с этим стены в основном сделаны из камня, а потолок полов и крыш – в основном из дерева и соломы (Qobadian, 2008).

    Выводы

    Городской ландшафт – это конкретное и объективное явление, которое существует с точки зрения качества проявления физических факторов, и со временем оно находит ментальный аспект в человеческом восприятии и становится объединяющим элементом людей общества. Различные факторы эффективны в формировании структуры и структуры города и его установленных элементов и компонентов, среди таких факторов можно назвать топографические факторы, тип почвы, направление ветра, доступность и т. Д.Среди этих различных факторов, погода или даже климат, в котором расположены города, играют очень важную роль, а также влияют на многие другие факторы. Климатически Иран можно разделить на четыре региона с точки зрения воздействия климата на городскую структуру, формы зданий, типа материалов и т.д .; в то время как у этих четырех регионов есть некоторые общие характеристики. Эти четыре региона включают южное побережье Каспийского моря, северное побережье Персидского залива и Оманского моря, высокогорные районы и плато-пустыни.Из-за того, что они расположены в одном из этих климатических регионов, многие иранские города обладают особыми и уникальными характеристиками с городскими признаками соответствующего климата и, следовательно, имеют уникальный городской ландшафт. Например, из-за того, что города на севере страны расположены в мягком и влажном регионе Каспийского моря, они имеют скатные крыши, что отличает их городской пейзаж от городов других регионов. С другой стороны, крытые дорожки, цвет и тип материалов, а также использование арки и купола в городах центрального региона Ирана создали другой и выдающийся городской пейзаж для этих городов, и этот ландшафт, в свою очередь, является фактор идентичности для них.Существование некоторых элементов, таких как воздушные карманы, в некоторых городах, таких как Йезд, и во многих южных городах стран, создало выдающийся городской пейзаж, помимо функциональности этих элементов и их роли в качестве знаков в городах, особенно в прошлые эпохи. Конечно, мы подчеркивали, что роль климата в иранских городах была очень подчеркнута и сильнее в прошлом, так что архитектура зданий и городская ткань раньше были полностью совместимы с окружающей средой и соответствовали использованию климатических условий для обеспечения благосостояние жителей; но, к сожалению, в современную эпоху появление технологий сделало все города похожими, независимо от их расположения в разных регионах с разным климатом.

    Список литературы

    1. Бакай П., Оховват Х., Ансари М. и Форкани Д. Создание ландшафта на городских бульварах (Heleh Publisher, 2011).
    2. Хабиб Ф. Конструирование городского пейзажа в истории. Абади , 18, 48-53 (2006).
    3. Хабиби А. Концептуальная эволюция ландшафта. Профессиональный ландшафтный журнал , 3, 70-71 (2009).
    4. Сириус Сабри, Р. Городской пейзаж. Иранская архитектура Ежеквартально , 12-13 (2003)
    5. Министерство дорог и градостроительства Ирана.Правила и правила качественного продвижения городского ландшафта (Министерство дорог и урбанизма Ирана, 2012 г.).
    6. Гобадиан, В. Климатическое исследование иранских традиционных зданий (издательство Тегеранского университета, 2008 г.).
    7. Каллен, Г. Краткий городской пейзаж, переведенный Манучехром Табибианом (издательство Тегеранского университета, 1998).
    8. Голкар К. Концепция городского пейзажа. Абади , 18, 38-47 (2006).
    9. Махмуди, S.A.S. Городской пейзаж: немного теории. Абади , 18, 54-61 (2006).
    10. Машадизаде Дехакани, Н. Анализ некоторых характеристик градостроительства в Иране. (Издательство Университета науки и промышленности, 2006 г.).

    .

    Описание и оценка городских ландшафтов на предмет устойчивости

    Городские районы являются ключом к устойчивости, и понимание неоднородности городских ландшафтов важно для увязки моделей развития с экологическим, экономическим и социальным здоровьем.Здесь мы даем характеристику городского ландшафта с целью выявления структурных изменений, влияющих на устойчивость. Мы разрабатываем новый язык и схему классификации для разделения городских территорий на субметрополии, которые, в отличие от административных границ, основаны на объективных показателях застроенной и природной среды и сопоставимы по городским территориям и внутри них. Эти единицы отражают структурные различия, которых нет в плотности населения. Схема классификации предлагает характеристику городских ландшафтов на основе процессов, в которой «городской» определяется человеческими и биофизическими взаимодействиями, опосредованными городской средой, и дополняет существующие системы классификации земель, например системы, основанные на землепользовании и земельном покрове.В качестве примера схема применяется здесь для понимания поведения транспорта – конкретного городского процесса с широкими последствиями для устойчивости города. Используя ГИС, спутниковые данные и пространственные данные переписи населения, мы применяем схему классификации в 909 городских районах США, систематически группируя развитие со схожими структурными атрибутами, связанными с поведением транспорта. Таким образом, городская территория делится на совокупность более мелких ландшафтов, более крупных, чем отдельные домохозяйства, и меньших, чем участки переписи, которые отличаются друг от друга по принципу их функционирования.Исследование показывает, что, характеризуя городской пейзаж таким образом, можно различать районы с различным поведением во время путешествий. Расширения схемы могут использоваться для мониторинга и управления городскими системами в направлении устойчивости, нацеливая стратегии пространственного планирования на те микрогеографические регионы, где они будут наиболее актуальными.

    Городские районы производят большую часть выбросов парниковых газов в результате конечного использования энергии [1], производят большую часть глобальной экономической продукции [2] и являются домом для более чем половины человечества [3].Их модели развития связаны как с сохранением среды обитания [4, 5], так и с деградацией [6, 7], как с потреблением энергии [8], так и с энергоэффективностью [9–12], а также с увеличением экономических возможностей [13] и усилением неравенства [ 14, 15]. Городские районы становятся линией фронта для решения таких проблем, как изменение климата, деградация экосистем и кризисы, связанные со здоровьем человека. То, как развиваются городские районы, играет ключевую роль в том, мешают ли они и насколько они способствуют переходу общества к устойчивости, определяемой здесь как долгосрочное благополучие людей и планеты [16].

    Таким образом, как среди городских ученых, так и среди практиков растет потребность в более глубоких систематических знаниях о моделях городского развития. В настоящее время первичной основой для характеристики городского развития и проведения сравнений с городами являются демографические показатели – размер городского населения или плотность населения. Однако эти меры выбраны из-за их широкой доступности в городах, а не потому, что они наиболее актуальны для экологических и социальных проблем, с которыми сталкиваются города.Также существуют глобально доступные классификации земель [17–20], но в них «городские» земли чаще всего объединяются в один однородный класс. Это контрастирует с ландшафтами с растительностью, которые разделены на 13 (или более) различных классов (глобально). Подобно тому, как лиственные леса отличаются от вечнозеленых лесов, а саванны – от кустарников, один «городской» или «застроенный» класс ограничивает нашу способность понимать уникальные совокупности кварталов, составляющих городские районы, и их различные, часто неравномерные, воздействия на благополучие человека и окружающей среды.

    В отличие от совокупного количества людей или земли, одним из аспектов городского развития, который более напрямую связан с устойчивостью города, является городская структура. Городская структура описывает сочетание и конфигурацию форм зданий, земельных участков и их использования, а также серых, зеленых и синих элементов инфраструктуры [21]. Различные структуры по-разному формируют круговорот воды, углерода, питательных веществ и энергии [22–25]. Например, геометрия каньона [26–28], конфигурации зеленых насаждений [29, 30] и структура уличной сети [31, 32] определяют количество солнечной радиации, поглощаемой и испускаемой застроенной средой, влияя на интенсивность городских тепловых островов [ 33–35].Структура покрытого растительностью и непроницаемого поверхностного покрытия в городских районах регулирует потоки и инфильтрацию поверхностных вод, уменьшая распространенность наводнений [36] и ухудшение состояния окружающей среды из-за ливневого стока [37]. Конфигурация городских зеленых насаждений влияет на качество среды обитания, влияя на городское биоразнообразие и перемещение видов [38, 39].

    Помимо физического и экологического функционирования, городская структура формирует человеческие процессы и поведение. Например, многие исследования показали, что плотные районы смешанного использования с подключенными уличными сетями поощряют больше пеших и велосипедных прогулок [40–42], меньше вождения [43, 44] и, в меньшей степени, больше социального взаимодействия [45–47]. ].Регулярная повышенная физическая активность может принести множество преимуществ для здоровья городских жителей – снизить риск гипертонии, диабета, рака толстой кишки, сердечно-сосудистых заболеваний и ожирения [48], а также снизить распространенность расстройств настроения и тревожных расстройств [49, 50] ]. Кроме того, ходьба, езда на велосипеде и ограничение проезда на автомобиле имеют экологические преимущества, снижая загрязнение воздуха и выбросы парниковых газов.

    Несмотря на значимость городской структуры для биофизических и человеческих процессов, у нас есть несколько систематических характеристик городской структуры, сопоставимых как в городских районах, так и в разных регионах мира.Плотность населения является наиболее часто используемым показателем городской структуры, хотя было показано, что распределение людей плохо отражает конфигурацию земли и инфраструктуры [51–53]. Административные границы (например, избирательные участки, почтовые индексы, переписные участки), которые построены на основе единиц управления и численности населения, а не структурного сходства, не имеют стандартизованных и сопоставимых определений по странам и регионам, что затрудняет научные оценки. Характеристика городской структуры, основанная на объективных измерениях городской среды, могла бы дополнить эти демографические подходы, добавив новые критерии для определения сходных областей, где биофизические и человеческие процессы формируются аналогичным образом.

    Классификация городских территорий на основе их структуры не нова. Экологи десятилетиями признавали важность ландшафтной структуры и разработали несколько методов описания структуры растительности, деревьев и открытых полей в городских районах [54–56]. Однако в этом анализе антропогенные элементы (здания, улицы, хозяйственное использование земель) остались единым недифференцированным классом – классом, который фрагментирует и вторгается в естественную землю. «Структура» в этих исследованиях включает в себя конфигурацию зеленых элементов ландшафта, при этом застроенные элементы (характерно «городские» элементы) отодвинуты на задний план.Таким образом, эти подходы более экологичны, чем урбанистические, ограничены в своем описании разнообразием ландшафтов, составляющих городскую территорию, и их разнообразным, часто неравномерным, воздействием на устойчивость.

    Недавно были разработаны две известные концепции, которые продвигают классификацию застроенных аспектов городских ландшафтов. Во-первых, в рамках Классификации городских ландшафтов и экологических систем с высоким экологическим разрешением [23] проводится различие между отдельными и связанными строительными конструкциями в городских районах.Во-вторых, согласно литературе о городских островах тепла, система классификации местных климатических зон (LCZ) [57] характеризует 17 структурных городских классов, имеющих отношение к климатологии. Каркас LCZ основан на сочетании четырех поверхностных компонентов городского ландшафта: высоты, компактности, покрытия поверхности и коэффициента теплового отражения материалов. Эти подходы улучшили наше понимание некоторых аспектов городской структуры [58, 59] и позволили проводить сравнения городов на основе температуры поверхности суши и городского теплового острова.Однако неясно, как и если эти подходы могут быть применены к другим человеческим и биофизическим процессам. Как таковые, они ограничены в своей применимости и способности информировать более общие оценки городской структуры и группировки городов для эффективного обмена стратегиями пространственного планирования.

    Здесь мы устраняем эти ограничения, разрабатывая схему систематической классификации для характеристики и измерения городской структуры. Мы вводим новую номенклатуру для определения различных пространственных и относительных аспектов городских ландшафтов, важных для человека и биофизических процессов.Характеризуя городские территории как совокупность более мелких единиц, а не как единую совокупность, мы можем лучше понять разнообразие и распределение процессов внутри них.

    В качестве примера мы реализуем схему в 909 городских районах США, применяя ее к социальному процессу поведения во время путешествий. Путешествие выбрано потому, что это процесс, который влияет на множество аспектов устойчивости города, например. выбросы, качество воздуха и физическая активность / здоровье. Схема классификации позволяет сравнивать городские ландшафты на основе различных способов передвижения, которые происходят в них.

    Мы концептуализируем городскую структуру как посредника, с помощью которого пространственное планирование может формировать взаимодействия между инфраструктурой, людьми, биотой и абиотой. На рисунке 1 показаны межуровневые взаимодействия между инструментами политики и планирования, структурные атрибуты, на которые они нацелены, и городские результаты. Как показано, на несколько результатов влияют структурные атрибуты, измеряемые в промежуточных масштабах «соседства», между масштабом здания или участка и совокупностью городской территории. На этой промежуточной шкале принимается большинство повседневных распорядков, поведения и образа жизни [60], понятие, которое было названо «пространством активности» в предыдущих исследованиях географии и психологии окружающей среды [60–62].Размер этого пространства варьируется между людьми, но предыдущие исследования с использованием GPS-трекеров и дневников путешествий показали, что оно составляет от 10 до 80 кв. Км [63–65], площадь больше трех центральных парков, но меньше района Манхэттена, Нью-Йорк. Человеческие решения, основанные на этом пространстве, формируют множество аспектов устойчивости, и тем не менее, этот суб-мегаполисный масштаб в настоящее время непонятен в большинстве современных систем классификации городов.

    Увеличить Уменьшить Сбросить размер изображения

    Рисунок 1. Межуровневые связи между инструментами политики и планирования, структурными атрибутами города и желаемыми городскими результатами. Цвета представляют различные типы услуг в области устойчивого развития: розовый (социальный), синий (экономический), зеленый (экологический). Типы линий соответствуют разным результатам для облегчения чтения. Инструменты политики и планирования, а также масштаб управления ими взяты из IPCC AR 5 WG3 Глава 12, рисунок 12.20 [1]. Источники для привязки структурных характеристик к желаемым городским результатам включают: Психическое здоровье [48, 72, 82–84] Физическое здоровье [40, 48, 72, 82] Социальный капитал [46, 72, 73, 82, 85–87] Доступность по цене [88, 89] Доступ к возможностям [90–93] Регулирование местного климата [94–97] Эффективность предоставления государственных услуг [98–100] Качество воздуха / шумовое загрязнение [101–104] Качество воды [95–97] Привлечение творческой рабочей силы [105–107] Экономическая производительность [108–111] Инновации [112–114] Потеря сельскохозяйственных земель [74, 115 ] Утрата биоразнообразия [7, 116–118] Глобальные выбросы парниковых газов [1, 43, 119].

    Загрузить рисунок:

    Стандартный образ Изображение высокого разрешения

    Наша новая номенклатура описывает четыре компонента городских ландшафтов в суб-мегаполисных масштабах: (рисунок 2):

    • Независимые атрибуты независимых атрибутов описывают величины, типы и степени элементов в городском ландшафте. Спектральная отражательная способность, землепользование и плотность населения являются независимыми атрибутами, которые обычно используются для характеристики городских ландшафтов. Эти атрибуты можно оценить в пределах участка, участка или пикселя, не зная о соседних участках.Самостоятельные атрибуты важны для описания композиции городского пейзажа.
    • Атрибуты взаимосвязи фиксируют пространственные отношения, конфигурации и расположения между несколькими элементами городского ландшафта. Например, баланс работы и жилья зависит от относительной географии центров занятости и мест проживания. Атрибуты взаимосвязи важны для захвата потоков воды, энергии, материалов и людей.
    • Стенды с атрибутами – это структурно обособленные субрегионы в городских районах.Одно городское поселение отличается от другого подобным сочетанием общих независимых и взаимосвязанных атрибутов. Состав и конфигурация природных и построенных элементов в пределах стенда достаточно однородны по типу, величине, степени, конфигурации и составу, чтобы отличать его от соседних стендов в том, как он формирует процессы устойчивого развития.
    • Мозаика стендов описывает композицию и конфигурацию стендов внутри границы исследования (например, окрестности, городские районы, регионы).Мозаика стендов может характеризоваться сочетанием, расположением, разнообразием и разбросом различных типов стендов внутри.

    Увеличить Уменьшить Сбросить размер изображения

    Рисунок 2. Номенклатура для описания городских ландшафтов.

    Загрузить рисунок:

    Стандартный образ Изображение высокого разрешения

    Идея насаждения заимствована из науки и управления лесами, где сплошное сообщество деревьев, достаточно однородное по составу и пространственному расположению, отличает его от соседних сообществ [66].Древостоев стандартизированы по составу видов, размеру деревьев и возрасту, так что они описывают сопоставимые единицы в различных регионах и типах лесов. Как таковые, они предназначены для использования при инвентаризации, планировании и лесоводстве.

    Точно так же насаждения в городских ландшафтах описывают земельные единицы, которые достаточно однородны по своей структурной композиции и конфигурации, чтобы они могли получить выгоду от аналогичного планирования и управления.

    В качестве примера мы реализуем концепцию стенда для социального процесса транспортного поведения, проводя различие между городскими структурами, которые по-разному влияют на путешествия.Эмпирические исследования показали, что интенсивность застройки, узловая плотность пересечения улиц, баланс работы и жилья и доступность работы – сочетание независимых и взаимосвязанных атрибутов – могут значительно влиять на расстояние перемещения и выбор режима [1, 67]. Мы выбрали эти четыре структурных атрибута в качестве критериев для определения стендов поведения при транспортировке.

    Создание стендов транспортного поведения требует трех методологических шагов: (1) измерение структурных атрибутов, (2) создание «классов» стендов для описания различных комбинаций структурных атрибутов и (3) пространственная кластеризация смежных областей одного и того же класса.Подробная информация о каждом из этих методологических шагов приведена в приложении.

    Сначала мы измеряем интенсивность застройки, узловую плотность пересечения улиц, баланс рабочих мест и жилья и доступность рабочих мест с высоким разрешением (по сетке 1 км на 1 км), используя данные переписи, спутниковые данные и данные ГИС. Интенсивность застройки измеряется с использованием продукта Global Human Set-Up Area Product [68], набора данных Landsat, который характеризует пространственное распределение следов зданий. Узловая плотность перекрестков улиц рассчитывается из дорожных файлов Tigerline Бюро переписи населения США за 2014 год [69] путем суммирования узловых степеней всех перекрестков улиц в каждой ячейке сетки.Баланс рабочих мест и жилья измеряется как нормализованный индекс разницы между количеством рабочих мест (из лонгитюдного обследования домохозяйств работодателей в США [70]) и количеством мест проживания (по данным блочного подсчета населения США в 2015 году [69]) в пределах 3 км проходимый радиус каждой ячейки сетки. Доступность рабочих мест измеряется как функция уменьшения расстояния, принимая во внимание количество рабочих мест в каждой ячейке сетки [70] и временные затраты свободного потока для достижения этих рабочих мест из жилых домов [69].

    После измерения каждого из четырех структурных атрибутов они используются в качестве входных данных для неконтролируемой классификации k-средних.Создается четырнадцать структурных классов, определяемых статистикой классов, приведенной в приложении, таблица 1. Ячейки непрерывной сетки, присвоенные одному и тому же классу, объединяются для создания новых границ, определяющих поведение при перемещении.

    Расширения этих аналитических подходов могут быть применены к структурным характеристикам в различных географических контекстах, которые связаны с другими ландшафтными процессами, помимо поведения во время путешествий. Мы описываем идеи, полученные в результате этого внедрения, для сравнения городских территорий и обмена стратегиями по обеспечению устойчивости городов.

    4.1. Структурные атрибуты города

    В предыдущих разделах мы приводили концептуальные аргументы в пользу того, почему совокупные городские показатели, такие как плотность городского населения, неадекватны для сравнения городской структуры или общих стратегий пространственного планирования. В этом разделе мы проведем два эмпирических теста, проверяющих этот аргумент. Первый тест исследует масштаб: превышает ли структурное разнообразие городских территорий (измеренное с помощью совокупных показателей) структурное разнообразие внутри городских территорий.Второй тест проверяет, характеризует ли плотность населения разнообразие структур в городских районах.

    Для первого теста мы сравниваем структурную дисперсию в городах со структурной дисперсией в разных городах. Мы усреднили каждый измеренный структурный атрибут для всех ячеек сетки в каждом городском районе, чтобы получить среднюю доступность, баланс рабочих мест, плотность пересечения улиц, компактность и плотность населения. В таблице 1 дисперсия этих средних структурных показателей по всем 909 городским территориям («По всей стране») сравнивается с дисперсией структурных показателей в каждой городской зоне («Внутри страны»).Результаты (в логарифмической шкале) показывают, что отклонения «внутри UA» больше, чем дисперсии «по UA» для большинства структурных атрибутов. Для плотности населения, интенсивности застройки, узловой плотности на перекрестках улиц и баланса рабочих мест и жилищных условий в пределах города структурная дисперсия была больше, по крайней мере, для 75% из 909 городских районов (то есть больше даже для 25% квартиля). В большинстве городских территорий (50% квартиль) структурная дисперсия этих атрибутов в пределах их городских границ более чем в десять раз превышала средние значения по городам.

    Таблица 1. Структурные различия в городских районах США и между ними.

    Логарифм (дисперсия) структурных атрибутов
    Доступ Поп Денс БУ интенсивность улица Н.Денс Job-H Bal
    По Украине 21,4 11,4 3,5 4.21 −3,88
    Внутри UA
    (квартили)
    25% 15,9 11,85 4,24 6,35 −2,27
    50% 17,39 12,35 5,23 6,64 -2,04
    75% 19.26 12,90 6,12 6,93 -1,88
    100% 26,43 16,12 8,84 8,10 -1,32

    Примечание . Для большинства структурных характеристик (интенсивность застройки, узловая плотность улиц и баланс рабочих мест и жилых помещений) различия в структуре больше в пределах городских территорий, чем между ними. Схема структурной характеристики суб-мегаполиса необходима для характеристики этой шкалы, где структурное разнообразие является наибольшим.

    Доступность вакансий – исключение. Для подавляющего большинства городских районов США (98,2%) существует большая разница в доступности работы “в пределах UA”, чем “в пределах UA”. Доступность рабочих мест в городских районах очень неравномерна из-за разницы в экономике и размерах городов, что приводит к большему неравенству в доступности, чем в городских условиях, неравенству рабочих мест между центральными деловыми районами и окраинами. Тем не менее, помимо доступности, структурное разнообразие между районами в пределах одного города больше, чем между городскими районами в целом.

    Наш второй тест исследует способность плотности населения характеризовать это структурное разнообразие в кварталах. На рисунке 3 синие точки представляют все районы США с плотностью населения от 2100 до 2400 человек км −2 . Хотя в этих районах примерно одинаковая плотность населения, связанные с ними структуры сильно различаются. Комбинации нормализованной интенсивности застройки, баланса рабочих мест и узловой плотности пересечения улиц охватывают пространство атрибуции.Например, хотя в районе Хьюстон-Мидтаун в Техасе и в районе Соседей на юго-западе в Бивертоне, штат Орегон, плотность населения примерно одинакова, первый представляет собой среднеэтажный, связанный район смешанного использования, а второй – малоэтажный, одинокий. -семья, тупиковая община.

    Увеличить Уменьшить Сбросить размер изображения

    Рис. 3. Окрестности с одинаковой плотностью (обозначены синими точками) нанесены на трехмерное городское структурное пространство; [1] Хьюстон-Мидтаун, Хьюстон, Техас [2] Герт-Таун, Новый Орлеан, Лос-Анджелес [3] Карвер, Ричмонд, Вирджиния [4] Аппер-Фолс, Рочестер, Нью-Йорк [5] Клиффканнон, Спокан, Вашингтон [6] Вирджиния Парк , Тампа, Флорида [7] Таузенд-Окс, Сан-Антонио, Техас [8] Соседи на юго-западе, Бивертон, Орегон.

    Загрузить рисунок:

    Стандартный образ Изображение высокого разрешения

    Различия в структурах этих двух кварталов влияют на деятельность их жителей. В Хьюстоне-Мидтауне жители могли удовлетворить многие свои повседневные потребности, не полагаясь на частный автомобиль, чему способствовали высокая плотность обслуживания и уличная связь. В таких районах, как Соседи на юго-западе, Бивертон, повседневная жизнь требует владения автомобилем и больших расстояний для доступа к услугам и работе.Таким образом, эти два района, несмотря на схожую плотность населения, имеют разные структуры и связанные с ними последствия для поведения в поездках.

    Кроме того, отождествление структуры с плотностью ограничивает стратегии, которые можно рассматривать для изменения результатов транспортировки. Существует множество жизнеспособных политических и рыночных инструментов для преобразования городских ландшафтов, которые полностью исключают плотность населения – например, те, которые перечислены на рисунке 1. Хотя плотность населения является одним из наиболее доступных показателей для городских территорий, она не является достаточным всеобъемлющим показателем. для подключения к широкому спектру доступных стратегий сокращения спроса на поездки.

    4.2. Стенды с атрибутами

    После использования структурных атрибутов в качестве исходных данных для классификации определяется 14 классов древостоя. Классы охватывают структурный градиент, который варьируется от высокодоступной, привязанной к сетке, компактной, многоцелевой застройки городских центров до односемейных обширных моделей, характерных для загородной застройки. Мы кратко описываем эти классы в (таблица 2), но более конкретную статистику классов можно найти в дополнительном материале (приложение, таблица 1), доступном в стеках.iop.org/erl/14/045002/mmedia.

    Таблица 2. Распределение городского населения, проживающего в разных классах насаждений в мегаполисах США.

    Класс стенда % UA % поп-музыки
    с классом в классе
    1: Большой участок, индивидуальный загородный жилой дом 49,07 2,5
    2: Придорожный, загородный жилой дом 54.27 2,9
    3: Жилой тупик с большим участком 55,44 3,7
    4: Жилой тупик на большом участке рядом с коммерческим помещением 54,95 4,2
    5: Средний участок, пригород 51,35 5,0
    6: Разработка полосы коммерческих медицинских партий 47,89 5,7
    7: Сетка, мед. Участок, дачный жилой массив 45.09 6,4
    8: Разработка небольших коммерческих участков 40,24 7,1
    9: Сетевой, компактный, жилой 35,42 7,9
    10: Компактный жилой дом с сеткой рядом с коммерческим сектором 30,3 8,9
    11: с распределением по сетке, коммерческая недвижимость с преобладанием около центрального делового района 24,53 9,9
    12: Компактная многофункциональная зона с сеткой возле центрального делового района 20.06 11,1
    13: Центр города среднего размера с преобладанием коммерческой недвижимости 10,47 15,5
    14: плотная сеть, компактный городской центр 0,91 7,7

    Стенды создаются путем пространственной кластеризации ячеек сетки с общими структурными атрибутами (т. Е. В одном классе насаждений). В четырех примерах на рисунке 4 каждый определенный Zillow район, обведенный красным, состоит из нескольких типов стендов, обведенных белыми штрихами.Проведение границ стенда позволяет выявить три ключевых момента. Во-первых, созданные границы насаждения не совпадали с существующими административными или демографическими границами. Например, Парк-Хилл, Денвер, Колорадо состоит из трех различных типов транспортных стендов: стенд A (стенд 11), крупная коммерческая и промышленная зона, и B и C – две разнесенные по сетке одноразовые жилые зоны. Хотя B (стенд 10) и C (стенд 9) имеют сходную локальную структурную морфологию, B имеет более высокую доступность к центрам занятости на севере.Границы стенда не являются дублирующими версиями существующих кварталов, участков или других социально или политически определенных единиц.

    Увеличить Уменьшить Сбросить размер изображения

    Рис. 4. Окрестности (красный контур) разделены на участки (области с белыми точками), которые имеют схожие структурные характеристики, связанные с транспортом [слева] Парк-Хилл, Денвер, Колорадо [вверху в центре] Центр города, Солт-Лейк-Сити, Юта [внизу внизу] Норт-Сентрал, Вирджиния-Бич, Вирджиния [справа] Мидтаун, Атланта, Джорджия.Стенды, помеченные одной и той же буквой, имеют одинаковую сетку улиц, размеры участков (компактность), доступ к занятости и баланс работы и жилья.

    Загрузить рисунок:

    Стандартный образ Изображение высокого разрешения

    Во-вторых, даже в пределах микрорайонов смесь насаждений может быть неоднородной, что приводит к локальным различиям в экологических и социальных последствиях. Например, в Мидтауне, Атланта, жители, проживающие в стойке D (стенд 13), имеют доступ к большему количеству возможностей и услуг пешком или на велосипеде, что потенциально снижает выбросы от транспорта и расходы на дорогу, чем жители, проживающие в стенде G (стенд 5).Напротив, жители Мидтауна, Атланта, которые живут в стенде G, окружены гораздо большей растительностью, что может помочь в предотвращении наводнений и смягчении последствий городских островов тепла. Вместо агрегирования структурных атрибутов вдоль административных границ, разграничение насаждений позволяет установить более прямую связь между субметропольными ландшафтами и процессами в них, которые формируют экологическое и социальное здоровье.

    В-третьих, классы насаждений не являются уникальными для конкретного города, но наблюдаются во многих городских районах США.Стенды основаны на абсолютно объективно измеряемых величинах: взаимосвязи между зданиями, перекрестками улиц, возможностями трудоустройства и жилыми домами. В результате общие классы древостоя могут быть найдены в разных географических регионах, например. на рисунке 4 стенд класса A (стенд 11) находится как в северной части Парк-Хилл, Денвер, штат Колорадо, так и в западной части центра Солт-Лейк-Сити, штат Юта. Точно так же в центре Солт-Лейк-Сити и Мидтаун в Атланте, хотя и различаются районы при измерении в совокупности, общий стенд типа D (стенд 13).Разбивка городских территорий на насаждения полезна для определения областей, где могут иметь место аналогичные ландшафтные процессы, где могут быть полезны аналогичные стратегии или политика пространственного планирования (например, те, что указаны в первом столбце рисунка 1). Результаты показывают, что есть широкие возможности для обмена стратегиями, поскольку многие типы стендов повторяются. В среднем какой-либо конкретный насаждение встречается в 37% городских районов США, хотя некоторые классы насаждений были гораздо более распространены, чем другие. Например, класс стендов, представляющий самые плотные городские ядра Нью-Йорка и Чикаго с небоскребами, был самым редким – он встречался только в 1% городских районов США, но в нем проживало почти 8% городского населения США (таблица 2).

    Мы используем данные 5-летнего исследования американского сообщества за 2010–2014 гг. [71], чтобы изучить, насколько хорошо насаждения отражают неоднородности в поведении во время путешествий по сравнению с данными о плотности населения с одинаковым разрешением. Исследование американского сообщества отслеживает долю жителей переписных участков в США, которые используют общественный транспорт, ходят пешком или ездят на велосипеде, а также ездят в одиночку. Кроме того, в исследовании отслеживается количество транспортных средств на одно домохозяйство – все модели поведения, влияющие на спрос на поездки. Поведенческие показатели усреднялись для каждого класса древостоя и каждого сопоставимого класса ячеек плотности популяции.Для всех четырех отслеживаемых моделей поведения при перемещении различия между классами насаждений были более чем в три раза больше, чем различия между классами групп популяций (рис. 5), что указывает на то, что структурные насаждения лучше различают районы с различным поведением при перемещении, чем плотность населения.

    Увеличить Уменьшить Сбросить размер изображения

    Рис. 5. Средние значения доли жителей на переписных участках США, которые используют общественный транспорт, ходят пешком или ездят на велосипеде, а также ездят в одиночку в классах насаждений (треугольники), в сравнении с ячейками плотности населения (кружки).Структурные насаждения подчеркивают различия в средних поведенческих показателях лучше, чем интервалы плотности населения. X – ось показывает интервалы плотности населения (где 1 соответствует самой низкой плотности) и классы древостоя (1 соответствует наименее «городскому» классу). Транспортные переменные из исследования американского сообщества [71].

    Загрузить рисунок:

    Стандартный образ Изображение высокого разрешения

    4.3. Мозаика стендов

    Хотя разные конструкции могут влиять на один и тот же результат, они могут реагировать на разные инструменты планирования.Например, проходимость и доступность – это две разные структурные характеристики, которые влияют на спрос на частные поездки на автомобиле (результат) через разные процессы. Стенды с высокой доступностью позволяют сократить время поездки до центров занятости, снижая потребность в поездках на автомобиле. Стенды с высокой проходимостью (с сочетанием узловой плотности на перекрестках с крупными улицами, плотности застройки и баланса между рабочими местами и жильем) поощряют пешеходную активность, а также сокращают частные поездки на автомобиле.Однако инструменты планирования, которые могут помочь стендам воспользоваться их потенциалом пешеходной доступности (например, тротуары, общая парковка, уличные деревья), отличаются от тех, которые могут использовать высокий потенциал доступности (например, автобусные и транзитные остановки, программы совместного использования автомобилей).

    В этом разделе мы аналитически демонстрируем полезность стендов для связи со стратегиями пространственного планирования. Мы построили график нормализованной пешеходной доступности и доступности для работы для выборки районов в девяти городских районах.Здесь мы используем кварталы, а не границы стендов, потому что у них есть узнаваемые названия, но этот аргумент применим и к стендам. На рисунке 6 квадранты 2 и 4 противопоставляют районы, которые могут привести к эквивалентному спросу на поездки, но в результате различных процессов. Например, Southwest Hills – это одноразовый район, расположенный недалеко от центра Портленда, штат Орегон, рядом с межштатной автомагистралью. Расположение Southwest Hill позволяет быстро добираться до многих центров занятости Портленда, но локально пешеходная доступность в районе низкая, так как дорожная инфраструктура отключена, а услуги обслуживаются редко.Напротив, Брентвуд-Дарлингтон, район более смешанного использования, состоящий из компактной уличной сети с координатной сеткой, доступен для пеших прогулок локально, но до основных центров занятости Портленда дальше добираться пешком. Если бы эта характеристика района была основана только на результатах спроса на поездки, Southwest Hills и Brentwood-Darlington, вероятно, были бы в одном классе, даже если бы эти два района могли извлечь выгоду из разных стратегий планирования и управления.

    Увеличить Уменьшить Сбросить размер изображения

    Рисунок 6. районов США нанесены на карту в соответствии с их оценкой пешеходной доступности и доступности: (верхний правый квадрант) высокая доступность, высокая пешеходная доступность; (нижний левый квадрант) малодоступные районы с плохой проходимостью. Окрестности в квадранте 2 (высокая доступность, низкая проходимость) и квадранте 4 (низкая доступность, высокая проходимость) подчеркивают различные пути к районам с низким уровнем выбросов. Пунктирные серые линии концептуально представляют разные уровни спроса на поездки. Внутри каждого города районы, расположенные вдоль одной пунктирной линии, имеют ландшафты, которые, хотя и различаются по своему поведению, могут привести к аналогичным результатам спроса на поездки.

    Загрузить рисунок:

    Стандартный образ Изображение высокого разрешения

    Помимо важности для планирования и управления, еще одним преимуществом структурной классификации является то, что она раскрывает сопутствующие выгоды между различными аспектами устойчивости. Хотя здесь мы ориентируемся на спрос на поездки, пешеходная доступность и доступность также влияют на другие аспекты экологического и человеческого благополучия. Например, подставки для ходьбы стимулируют физическую активность [40, 48, 72] и могут укреплять социальный капитал [46, 73].Напротив, сопутствующими преимуществами более высокой доступности могут быть меньше времени и денег на поездки на работу или большая мобильность. Мы ожидаем, что районы в квадранте 4 (например, Брентвуд-Дарлингтон) будут более благоприятными для решения задач в области здравоохранения, тогда как районы в квадранте 2 могут быть более экономически устойчивыми (Southwest Hills).

    Композиция и конфигурация стендов на городских территориях создают мозаику стендов. Мозаики стендов раскрывают новую информацию о портфолио стендов в городских районах.Мы рассчитываем, как жители распределяются между этими насаждениями, и показываем результаты для двадцати крупнейших городских территорий (рисунок 7).

    Увеличить Уменьшить Сбросить размер изображения

    Рисунок 7. городов США с их портфелем структурных классов.

    Загрузить рисунок:

    Стандартный образ Изображение высокого разрешения

    Результаты показывают, что мозаика насаждений дает новую информацию о структурной структуре городов, которая не ясна по совокупной плотности населения.Этот момент ранее обсуждался в масштабе района на рисунке 3, но здесь он снова выделен в масштабе города. Как показано, совокупная плотность населения Нью-Йорка сопоставима с плотностью населения Сан-Хосе. Однако структуры Нью-Йорка и Сан-Хосе существенно отличаются. Почти половина населения Нью-Йорка проживает в классе «компактное городское ядро ​​с плотной сеткой» (светло-розовый), класса, которого даже нет в Сан-Хосе. В этом классе уличная инфраструктура сильно связана, уличные кварталы имеют высокую интенсивность застройки, застройка является смешанной, и есть высокая доступность рабочих мест, что снижает спрос на поездки.У Нью-Йорка также более длинный хвост – почти 10% его населения живет в больших жилых домах с низкой плотностью населения. Напротив, Сан-Хосе в значительной степени структурно однороден, больше похож на Лос-Анджелес или Риверсайд, чем на Нью-Йорк. Агрегированные меры не учитывают эти модели распределения, которые часто лежат в основе несопоставимых экологических и социальных результатов в городских районах.

    Различия в структуре между Нью-Йорком и Сан-Хосе говорят об их разной истории развития. Плотность населения Сан-Хосе высока, в основном из-за границы роста города, введенной в 1990-х годах в ответ на быстрое расширение города.Как показано на рисунке 7, только небольшой процент жителей Сан-Хосе (<2%) живет в синих и зеленых классах - ассортименте архетипов крупных жилых участков, которые распространены на периферии американских городских районов. Однако, хотя граница роста стимулировала развитие засыпки и увеличение плотности населения, она не изменила связность городской уличной инфраструктуры или прецедентную практику зонирования. Напротив, Нью-Йорк представлял себе свою знаменитую сеть улиц в 1811 году - планируя рост, - в то время как это все еще был город с населением всего 100 000 человек.

    Описание и измерение структуры городских ландшафтов – это шаг к сравнению городских территорий таким образом, чтобы помочь им эффективно обмениваться стратегиями. Хотя существует множество характеристик городских ландшафтов [74], ни одна из них не предназначена специально для этой цели. Характеристики из традиций архитектурного и городского планирования обычно измеряют «форму» или «морфологию» построенной инфраструктуры в городских ландшафтах, чтобы изучить программирование и дизайн в городе для городских жителей.И наоборот, городские экологи в основном сосредотачиваются на зеленой и синей инфраструктуре в городских районах, характеризуя размеры, формы и конфигурацию природных участков, но уделяя меньше внимания построенной инфраструктуре (недавняя «экология города» [75] и MetaCity каркасы [76] являются заметными исключениями).

    Мы проиллюстрировали важность межгородской характеристики, показав, что структурное разнообразие внутри городских территорий, как правило, больше, чем между ними.Мы продемонстрировали, что плотность населения, наиболее распространенный способ сравнения городских территорий и окрестностей, плохо характеризует атрибуты ландшафта – наблюдение, которое подкрепляет более качественные подходы в предыдущей работе [51, 53, 77]. Одним из важных выводов является то, что стенды могут отражать конфигурации уличных сетей и зданий, а также сочетание занятости и проживания в районе, которые формируют характеристики спроса на поездки, которые одна плотность не может измерить или описать.

    Мы используем эти наблюдения в качестве основного обоснования схемы структурной классификации городских ландшафтов.Различные компоненты анализа – от независимых атрибутов до городской мозаики – добавляют новый язык для описания основных функциональных ландшафтных единиц в городах с точки зрения устойчивости.

    Для науки стенды создают возможности для разработки стратегии отбора проб. Если насаждения нанесены на карту, репрезентативными могут быть исследования, изучающие взаимосвязь между образцами ландшафта и человеческими и экологическими процессами. Вместо того, чтобы полагаться на тематические исследования, репрезентативные образцы насаждений позволяют получить обобщаемые результаты.Большая часть предыдущих исследований, связывающих городские ландшафты с городскими результатами, была разработана на основе изучения городов в Соединенных Штатах и ​​Европе [78], поэтому необходимы новые стратегии для расширения этого пула работы. В эпоху масштабных и быстрых преобразований в урбанизации результаты, которые можно экстраполировать по географическим регионам на аналогичные типы стендов, могут помочь науке, политике и практике идти в ногу с необходимостью своевременного развития городов и рекомендаций по перепланировке.

    Что касается политики и планирования, то городские стенды создают способ исправить несоответствие в масштабе между результатами развития города и органами управления, управляющими этими результатами.Административные границы не указывают на существенные функциональные различия и отделены от процессов устойчивости, которые происходят в них. Структурная характеристика городских ландшафтов может более непосредственно увязать со стратегиями и инструментами планирования. Поскольку лесники предписывают конкретный набор методов ведения лесного хозяйства для каждого лесного массива, городские власти могут более стратегически нацелить соответствующую пространственную политику, планирование, регулирование и рыночные инструменты на конкретные городские насаждения, а не на общегородские.Это может повысить эффективность мер политики и планирования, а также сделать их более рентабельными, поскольку их применение будет целевым.

    Кроме того, бывают случаи, когда процессы, приводящие к плохим городским результатам, являются проблемой коллективных действий, требующей сотрудничества между несколькими городами (например, поддержание хорошего качества воздуха, защита биоразнообразия или уменьшение выбросов), в то время как процессы, формирующие эти результаты, изменяются. политикой, применяемой к суб-столичным ландшафтам.Поскольку одни и те же типы насаждений обычно встречаются в нескольких регионах, в совокупности города могут более эффективно обмениваться стратегиями в совершенно разных географических регионах, увеличивая свое влияние. Такой вид совместных действий мог бы расширить пространство для решения некоторых глобальных экологических проблем, таких как изменение климата, где использование совокупного потенциала пространственного планирования (все еще недостаточно изученного) казалось нереальным из-за разнообразия ландшафтов и вовлеченных субъектов. Используя большее влияние общих стратегий пространственного планирования, городские коалиции могут привлекать более широкую финансовую и институциональную поддержку, которая обычно недоступна для одного района (например,грамм. Фонд достижения целей в области устойчивого развития ООН).

    Отслеживание изменений в составе городской мозаики также повысит ценность глобального политического дискурса по вопросам городского развития. Цели устойчивого развития городов ООН, например, содержат коллективные задачи для городов (например, «уменьшить неблагоприятное воздействие городов на окружающую среду в расчете на душу населения» или «усилить инклюзивную и устойчивую урбанизацию»). Существующие индикаторы для мониторинга устойчивости городского развития (ЦУР 11.3) основаны на эффективности землепользования – показателях землепользования, деленных на темпы роста населения.Хотя этот показатель отражает рост городских территорий и связан с экологическими проблемами, связанными с землями, отнесенными к урбанизации, он не отражает структуру кварталов, построенных в пределах городских границ, а также их связанные с ними социальные или экологические воздействия [79]. Мозаики стендов для мониторинга добавят новую ценную информацию о ландшафтах, которые создаются и изменяются в урбанизированных городах. Кроме того, характеристика мозаики насаждений является ответом на три научных пробела, отмеченных в недавнем отчете экспертной группы Nature Sustainability «Наука и будущее городов»: (1) необходимость более эмпирических систематических исследований городских территорий (2), которые охватывают более широкий разнообразие городских территорий и (3) большая выборка городских территорий [80].

    Предлагаемая схема классификации является общей, применимой для поведения во время путешествий по городским районам США, но также предназначена для применения в других географических регионах и других процессах, таких как те, которые влияют на качество воды, здоровье человека или уязвимость к климату. Мы могли бы представить себе, например, одновременное рассмотрение стендов с поведением при путешествии и городских стендов теплового острова (аналогичных тем, которые были разработаны в рамках LCZ) [57]. Путем совмещения этих двух областей, в которых следует уделять первоочередное внимание сокращению выбросов и адаптации к изменению климата, а также пространственному планированию, можно разработать взаимовыгодные структурные решения.

    Для экстраполяции концепции насаждения на другие процессы устойчивого развития существуют некоторые важные предпосылки: наличие мелкомасштабных пространственных данных для картирования городских ландшафтов и теории, описывающей, какие аспекты структуры формируют эти процессы. Доступность каждого из них зависит от рассматриваемых процессов и географического положения. Дистанционное зондирование и наборы векторных данных, предоставленные добровольцами, такие как Open Street Map, расширили доступность данных с высоким разрешением для измерения структуры, включая совершенно новые источники и методы для определения вертикальности города и высоты зданий [81].Однако в настоящее время все еще существуют пространственные и временные ограничения для наборов данных дистанционного зондирования. Например, глобальный слой населенных пунктов, измеряющий компактность, был ограничен в своем пространственном разрешении до 100 м и доступен только для 1975, 1990, 2000 и 2014 годов.

    Для этого исследования мы также использовали данные демографической переписи населения и распределение рабочих мест в качестве ресурсов, которые в настоящее время менее доступны в странах с плохими системами сбора статистических данных. Для некоторых важных для устойчивости атрибутов, которые нельзя наблюдать со спутников, возможно, все же придется полагаться на раздельные исследования, что затрудняет стандартизацию и делает невозможным измерение структурных изменений с течением времени.

    Насколько нам известно, не существует существующей схемы классификации городских ландшафтов, которая была бы разработана, чтобы помочь управлять городскими территориями в целях обеспечения устойчивости. Характеристика и измерение городского ландшафта как совокупности различных технологических насаждений может изменить основу для городских сравнений и мониторинга. Стенды «Like» в разных географических регионах могут выиграть от одних и тех же стратегий пространственного планирования, создавая новые партнерские отношения. Схема классификации и результаты, представленные здесь, являются первым шагом к установлению этих связей.Применение этой схемы к многочисленным процессам обеспечения устойчивости в городах может привести к систематическому пониманию потенциала городского развития и перепланировки, чтобы направлять переход городов к устойчивости.

    Эта работа была поддержана программой стипендий NASA Harriett G Jenkins Graduate Fellowship Program, Йельским институтом биосферных исследований и Йельской школой лесных и экологических исследований. Мы также хотим поблагодарить Хосе Лобо из Университета штата Аризона за его отзыв.

    Обзор ключевых концепций и основных целей

    International Journal of Development and Sustainability Vol. 8 No. 2 (2019): 141-168

    ISDS www.isdsnet.com 165

    Naveh, Z. and Lieberman, A.S. (1994), Ландшафтная экология: теория и применение, Springer-Verlag, Нью-Йорк.

    Niemelä, J. (1999), «Есть ли необходимость в теории городской экологии?», Urban Ecosystems, Vol. 3 № 1, с. 57-65.

    itavska, N. (2011), “Метод оценки идентичности ландшафта”, Исследования по развитию сельских районов, Vol. 2. С.

    175-181.

    Nohl, W. (2001), “Устойчивое использование ландшафта и эстетическое восприятие – предварительные размышления о будущем

    эстетика ландшафта”, Ландшафт и городское планирование, Vol. 54 No. 1-4, pp. 223-237.

    Оде, Э., Фрай, Г., Твейт, М.С., Мессагер, П. и Миллер, Д. (2009), «Показатели воспринимаемой естественности как движущие силы

    ландшафтных предпочтений», Журнал экологического менеджмента, Vol. 90 No. 1, pp. 375-383.

    Охта, Х. (2001), «Феноменологический подход к познанию естественного ландшафта», Journal of Environmental

    Psychology, Vol. 21 No. 4, pp. 387-403.

    Ольвиг, К. (2002), Пейзаж, природа и политическое тело: от возрождения Великобритании до нового мира Америки, Университет

    Висконсин Пресс, Мэдисон, Висконсин.

    Opdam, P., Luque, S., Nassauer, J., Verburg, P.H. и Ву Дж. (2018), «Как ландшафтная экология может способствовать развитию науки об устойчивости

    ?», Landscape Ecology, Vol. 33 No. 1, pp. 1-7.

    Отерос-Розас, Э., Мартин-Лопес, Б., Гонсалес, Х.А., Плиенингер, Т., Лопес, К.А. и Монтес, К. (2014), «Социально-

    культурная оценка экосистемных услуг в социально-экологической сети отгонного животноводства», Regional Environmental

    Change, Vol. 14 No. 4, стр.1269-1289.

    Пеано А. (2011), Индикаторы ландшафта: оценка и мониторинг качества ландшафта, Спрингер, Лондон.

    Пирсон, Д.М. и McAlpine, C.A. (2010), «Ландшафтная экология: комплексная наука об устойчивости в

    меняющемся мире», «Ландшафтная экология», Vol. 25 No. 8, pp. 1151-1154.

    Peckham, S.C., Duinker, P.N. и Ордоньес, К. (2013), «Ценности городских лесов в Канаде: мнения жителей Калгари

    ,

    и Галифакс», Urban Forestry & Urban Greening, Vol.12 No. 2, pp. 154-162.

    Пикетт, S.T. и Каденассо, М. (1995), “Ландшафтная экология: пространственная неоднородность экологических систем”,

    Science, Vol. 269 ​​No. 5222, pp. 331-334.

    Пикетт, С.Т., Каденассо, М.Л., Гроув, Дж.М., Бун, К.Г., Гроффман, П.М., Ирвин, Э., Каушал, С.С., Маршалл, В.,

    МакГрат, Б.П., Нилон, Швейцария, Пуят, Р.В., Славец, К., Трой, А. и Уоррен, П. (2011), «Городские экологические системы:

    Научные основы и десятилетие прогресса», Журнал экологического менеджмента, Vol.92 No. 3, pp. 331-

    362.

    Перселл, Т., Перон, Э. и Берто, Р. (2001), «Почему предпочтения различаются между типами сцен?», Окружающая среда и поведение

    , Vol. 33 No. 1, pp. 93-106.

    Рамос И.Л., Бернардо Ф., Рибейро С.С. и Ван Этвелде В. (2016), «Ландшафтная идентичность: последствия для разработки политики

    », Политика землепользования, Том. 53, с. 36-43.

    Рапопорт, А. (1990), История и прецеденты в экологическом дизайне, Springer Science & Business Media, Нью-

    Йорк, Нью-Йорк, США.

    Relph, E. (1976), Place andlessness, Pion Ltd, Лондон, Соединенное Королевство.

    Как работает городской ландшафтный дизайн

    Городское ландшафтное планирование начинается с базового плана, который создается с использованием подробной информации об участке. Процесс обычно включает шесть отдельных шагов: [источник: Сулис]

    1. Во время интервью или оценка потребностей, вы определяете бюджет, использование площади, обслуживание, затраты на рабочую силу и инструменты, необходимые для реализации и поддержания ландшафта.Вы также определите проблемы с почвой и дренажем, размещение инженерных сетей, освещение, общие типы закладок фундамента и предпочтительные садоводства, а также предпочтения по камням и мульче [источник: UM].

    2. Обзор участка используется для определения существующих зданий и сооружений, таких как стены, тротуары, заборы и топографические элементы, такие как вода, холмы и леса. Он может определять подходящие или плохие / не дренажные участки, состояние почвы и необходимые исправления, текущую растительность и дерн / травы, включая то, могут ли они быть использованы, удалены или восстановлены.Наконец, он определяет, как климат и солнечный свет повлияют на выбор растений и любые проблемные места, которые потребуют защиты от ветра, шумозащитных экранов или украшения [источник: UM].

    3. Анализ участка включает всю информацию, собранную в ходе интервью и обследования участка. Он используется для оценки области и определения проблемных и полезных областей. Анализ визуально отображает область путем наброска и включает в себя все те заметки, которые участники добавляли тайком [источник: UM].

    4. План участка – это чертеж в масштабе, на котором показаны азимуты, расстояния, конструкции, границы участков и дороги зданий, изначально расположенные на участке, дренажный поток и отметки. План участка обычно можно найти в окружном суде вашего округа [источник: UM].

    5. План участка – это обновленный план участка, включающий любые новые здания, сооружения или изменения в планировке земли, а также расположение инженерных сетей [источник: UM].

    6.Строение и рабочие чертежи очень важны при создании ландшафтного дизайна. Отмечают расположение инженерных сетей и архитектурные схемы существующих построек. Вы можете найти эти чертежи в своем городском офисе или у первоначального строителя [источник: UM].

    Не пора ли после всех технических разговоров немного поразвлечься? Читайте дальше, чтобы узнать об интересных особенностях городского ландшафтного дизайна.

    Социально-экологическая взаимосвязь различается по величине и направлению в разных городских ландшафтах

  • 1.

    Гримм, Н. Б. и др. . Глобальные изменения и экология городов. Наука (80-.). 319 , 756–760 (2008).

    ADS CAS Статья Google Scholar

  • 2.

    ООН, D. Перспективы мировой урбанизации: редакция 2014 года. Отделение Организации Объединенных Наций. Экон. Soc. Aff. Popul. Div. Нью-Йорк, Нью-Йорк, США (2015).

  • 3.

    ООН-Хабитат. Доклад о городах мира 2016: Урбанизация и развитие: новые перспективы . International Journal (Программа Организации Объединенных Наций по населенным пунктам (ООН-Хабитат), https://doi.org/10.1016/S0264-2751(03)00010-6 (2016).

    Статья Google Scholar

  • 4.

    Маккензи К. Урбанизация, социальный капитал и психическое здоровье. Glob. Soc. Политика 8 , 359–377 (2008).

    Артикул Google Scholar

  • 5.

    Альберти, М.Поддержание экологической целостности и поддержание функций экосистем в городских районах. Curr. Opin. Environ. Поддерживать. 2 , 178–184 (2010).

    Артикул Google Scholar

  • 6.

    Пикетт, С. Т. А. и др. . Городские экологические системы: объединение наземных экологических, физических и социально-экономических компонентов мегаполисов. Annu. Rev. Ecol. Syst. 32 , 127–157 (2001).

    Артикул Google Scholar

  • 7.

    Альберти, М. и др. . Интеграция человека в экологию: возможности и проблемы для изучения городских экосистем. Bioscience 53 , 1169–1179 (2003).

    Артикул Google Scholar

  • 8.

    Кэй, Дж. П., Гроффман, П. М., Гримм, Н. Б., Бейкер, Л. А. и Пуйят, Р. В. Особая городская биогеохимия? Trends Ecol. Evol. 21 , 192–199 (2006).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 9.

    Bolund, P. & Hunhammer, S. Экосистемные услуги в городских районах. Ecol. Экон. 29 , 293–301 (1999).

    Артикул Google Scholar

  • 10.

    Уотсон, Р. Т. и др. . Экосистемы и благополучие человека . Экосистемы 5 , (Институт мировых ресурсов, 2005 г.).

  • 11.

    Аллен Дж., Бальфур Р., Белл Р. и Мармот М. Социальные детерминанты психического здоровья. Внутр. Rev. Psychiatry 26 , 392–407 (2014).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 12.

    Каденассо, М. Л., Пикетт, С. Т. и Гроув, Дж. М. Измерения сложности экосистемы: неоднородность, взаимосвязь и история. Ecol. Сложный. 3 , 1–12 (2006).

    Артикул Google Scholar

  • 13.

    Swyngedouw, E. & Heynen, N. Городская политическая экология, справедливость и политика масштаба. Антипод 35 , 898–918 (2003).

    Артикул Google Scholar

  • 14.

    Хейнен, Н., Перкинс, Х. А. и Рой, П. Политическая экология неровных городских зеленых насаждений: влияние политической экономии на расу и этническую принадлежность в создании экологического неравенства в Милуоки. Urban Aff. Ред. 42 , 3–25 (2006).

    Артикул Google Scholar

  • 15.

    Герриш, Э. и Уоткинс, С. Л. Взаимосвязь между городскими лесами и доходом: метаанализ. Landsc. Градостроительный план. 170 , 293–308 (2018).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 16.

    Макдональд Р. I. Спрос на экосистемные услуги и их предложение по градиенту от города к селу. J. Conserv. Строить планы. 5 , 1–14 (2009).

    Google Scholar

  • 17.

    Виггеринг Х., Мюллер К., Вернер А. и Хельминг К. Концепция многофункциональности в устойчивом развитии земель. В Устойчивое развитие многофункциональных ландшафтов 3–18, https://doi.org/10.1007/978-3-662-05240-2_1 (Springer Berlin Heidelberg, 2003).

    Google Scholar

  • 18.

    Bastian, O., Grunewald, K. & Syrbe, R.-U. Пространственные и временные аспекты экосистемных услуг на примере Водной рамочной директивы ЕС. Внутр. J. Biodivers. Sci. Экосист. Серв. Manag. 8 , 5–16 (2012).

    Артикул Google Scholar

  • 19.

    Доббс К., Кендал Д. и Ничке К. Р. Множественные экосистемные услуги и медвежьи услуги городского леса, устанавливающие их связь с ландшафтной структурой и социодемографией. Ecol. Индик . 43 (2014).

  • 20.

    Тернер М. Г., Донато Д. К. и Ромм У. Х. Последствия пространственной неоднородности для экосистемных услуг при изменении лесных ландшафтов: приоритеты для будущих исследований. Landsc. Ecol. 28 , 1081–1097 (2013).

    Артикул Google Scholar

  • 21.

    Митчелл, М. Г. Э., Беннетт, Э. М. и Гонсалес, А. Увязка взаимосвязанности ландшафта и предоставления экосистемных услуг: текущие знания и пробелы в исследованиях. Экосистемы 16 , 894–908 (2013).

    Артикул Google Scholar

  • 22.

    Биггс Р. и др. . К принципам повышения устойчивости экосистемных услуг. Annu. Rev. Environ. Ресурс. 37 , 421–48 (2012).

    Артикул Google Scholar

  • 23.

    Bodin, Ö. И Прелл, К. Анализ социальных сетей в управлении природными ресурсами: резюме и перспективы.в Социальные сети и управление природными ресурсами: раскрытие социальной ткани управления окружающей средой (ред. Бодин, О. и Прелл, К.) 1 (Cambridge University Press, 2011).

  • 24.

    Тейлор П. Д., Фариг Л., Хенеин К. и Мерриам Г. Связность – жизненно важный элемент ландшафтной структуры. Oikos 68 , 571–573 (1993).

    Артикул Google Scholar

  • 25.

    Линь Н.Построение сетевой теории социального капитала. Соединения 22 , 28–51 (1999).

    Google Scholar

  • 26.

    Беркман, Л. Ф., Гласс, Т., Бриссетт, И. и Симан, Т. Э. От социальной интеграции к здоровью: Дюркгейм в новом тысячелетии. Soc. Sci. Med. 51 , 843–57 (2000).

    CAS PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 27.

    Беркман, Л. Ф. и Гласс, Т. Социальная интеграция, социальные сети, социальная поддержка и здоровье. Soc. Эпидемиол. 1 , 137–173 (2000).

    Google Scholar

  • 28.

    Салдивар-Танака, Л. и Красный, М. Э. Культурное развитие сообщества, открытое пространство района и гражданское сельское хозяйство: пример общественных садов латиноамериканцев в Нью-Йорке. Agric. Человеческие ценности 21 , 399–412 (2004).

    Артикул Google Scholar

  • 29.

    Ромолини, М., Далтон, С. Э. и Гроув, Дж. М. Управленческие сети и эволюция экологического управления для устойчивого города. Sci. Поддерживать. Город Эмпир. Идеи Балта. Sch. Городской экол . 72 (2019).

  • 30.

    Оссола, А., Локк, Д., Лин, Б. и Минор, Э. Дворы увеличивают связность лесов в городских ландшафтах. Landsc. Экол . 7 (2019).

  • 31.

    Браакер, С., Обрист, М. К., Газул, Дж. И Моретти, М. Связь между средами обитания и местные условия формируют таксономическое и функциональное разнообразие членистоногих на зеленых крышах. J. Anim. Экол . 0–2, https://doi.org/10.1111/ijlh.12426 (2017).

    PubMed Статья Google Scholar

  • 32.

    Дакос, В. и др. . Принцип 2 – управление подключением. R . Биггс О., М. Шлютер, ML Schoon , Ed.Princ. Строить. Resil. Поддерживать. Экосист. Серв. Soc. Syst. Cambridge Univ. Нажмите. Кембридж, Великобритания, 80–104 (2015).

  • 33.

    Баджо, Дж. А. и др. . Мультиплексный анализ социальной экологической сети показывает, как социальные изменения влияют на устойчивость сообщества больше, чем истощение ресурсов. Proc. Natl. Акад. Sci. США 113 , 13708–13713 (2016).

    CAS PubMed Статья Google Scholar

  • 34.

    Альбрехт, Г. «Соластальгия». Новая концепция здоровья и идентичности. PAN Philos. Действовать. Nat . 41 (2005).

  • 35.

    Всемирная организация здравоохранения. Скрытые города: разоблачение и преодоление неравенства в отношении здоровья в городских условиях . (Всемирная организация здравоохранения, Центр развития здравоохранения, 2010 г.).

  • 36.

    Дуглас И. Городская экология и городские экосистемы: понимание связей со здоровьем и благополучием человека. Curr. Opin. Environ.Поддерживать. 4 , 385–392 (2012).

    Артикул Google Scholar

  • 37.

    Уокер Б. и др. . Управление устойчивостью в социально-экологических системах: рабочая гипотеза для коллективного подхода. Консерв. Ecol. 6 , 14 (2002).

    Артикул Google Scholar

  • 38.

    ЛаПойн, С., Балкенхол, Н., Хейл, Дж., Сэдлер, Дж.и ван дер Ри, Р. Исследование экологической взаимосвязанности в городских районах. Funct. Экол . 29 (2015).

  • 39.

    Ботекилья Лейтао, А. и Ахерн, Дж. Применение ландшафтных экологических концепций и показателей в устойчивом ландшафтном планировании. Landsc. Градостроительный план. 59 , 65–93 (2002).

    Артикул Google Scholar

  • 40.

    Termorshuizen, J. W. & Opdam, P. Ландшафтные услуги как мост между экологией ландшафта и устойчивым развитием. Landsc. Ecol. 24 , 1037–1052 (2009).

    Артикул Google Scholar

  • 41.

    Ву, Дж. Наука об устойчивости ландшафта: экосистемные услуги и благосостояние человека в меняющихся ландшафтах. Landsc. Ecol. 28 , 999–1023 (2013).

    Артикул Google Scholar

  • 42.

    Чайлдерс, Д. Л. и др. . Экология для городов: трансформационная взаимосвязь дизайна и экологии для повышения устойчивости к изменению климата и устойчивости городов. Устойчивое развитие 7 , 3774–3791 (2015).

    Артикул Google Scholar

  • 43.

    Folke, C. et al. . Смена режима, устойчивость и биоразнообразие в управлении экосистемами. Annu. Rev. Ecol. Evol. Syst. 35 , 557–581 (2004).

    Артикул Google Scholar

  • 44.

    Фуллер, Р. А., Ирвин, К. Н., Девайн-Райт, П., Уоррен, П. Х. и Гастон, К. Дж. Психологические преимущества увеличения зеленых насаждений с увеличением биоразнообразия. Biol. Lett. 3 , 390–394 (2007).

    PubMed PubMed Central Статья Google Scholar

  • 45.

    Окват, Х. А. и Заутра, А. Дж. Общественное садоводство: экономный путь к индивидуальной, общественной и экологической устойчивости. Am. J. Community Psychol. 47 , 374–387 (2011).

    PubMed Статья Google Scholar

  • 46.

    Митчелл, Р. и Попхэм, Ф. Влияние воздействия окружающей среды на неравенство в отношении здоровья: обсервационное исследование населения. Ланцет 372 , 1655–1660 (2008).

    PubMed Статья Google Scholar

  • 47.

    Агустина И. и Бейлин Р. Общественные сады: пространство для взаимодействия и адаптации. Procedure Soc. Behav. Sci. 36 , 439–448 (2012).

    Артикул Google Scholar

  • 48.

    Брозе, У., Хиллебранд, Х. и Брозе, У. Биоразнообразие и функционирование экосистем в динамических ландшафтах. Philos. Пер. R. Soc. B Biol. Sci. 371 , 1–9 (2016).

    Артикул Google Scholar

  • 49.

    Lyytimaki, J. & Faehnle, M.Прыгая на одной ноге – проблема экосистемы медвежьих услуг для городского управления озеленением. городской д. Городской зеленый ., Https://doi.org/10.1016/j.ufug.2009.09.003 (2009).

    Артикул Google Scholar

  • 50.

    Андерссон, Э. Городские пейзажи и устойчивые города. Ecol. Soc. 11 , статья 34 (2006).

    Артикул Google Scholar

  • 51.

    Ловелл, С. Т. Многофункциональное городское сельское хозяйство для устойчивого планирования землепользования в США. Устойчивое развитие 2 , 2499–2522 (2010).

    Артикул Google Scholar

  • 52.

    Гитарт, Д., Пикеринг, К. и Бирн, Дж. Прошлые результаты и будущие направления исследований городских общественных садов. городской д. Городской зеленый. 11 , 364–373 (2012).

    Артикул Google Scholar

  • 53.

    Годдард, М. А., Дугилл, А. Дж. И Бентон, Т. Г. Расширение масштабов садов: сохранение биоразнообразия в городской среде. Trends Ecol. Evol. 25 , 90–98 (2010).

    PubMed Статья Google Scholar

  • 54.

    Speak, A. F., Mizgajski, A. & Borysiak, J. Отвод садов и парков: предоставление экосистемных услуг с акцентом на биоразнообразие. городской д. Городской зеленый. 14 , 772–781 (2015).

    Артикул Google Scholar

  • 55.

    Лин Б. Б. и др. . Почвенный покров местного и ландшафтного масштаба влияет на микроклимат и водопользование в городских садах. Sci. Total Environ. 610–611 , 570–575 (2018).

    ADS PubMed Статья CAS Google Scholar

  • 56.

    Пьячентини, Р. Д. и др. . Мониторинг воздействия изменения климата на городское сельское хозяйство в Росарио, Аргентина. Журнал городского сельского хозяйства 50–53 (2014).

  • 57.

    Армстронг, Д. Обзор общественных садов в северной части штата Нью-Йорк: значение для укрепления здоровья и развития сообщества. Health Place 6 , 319–327 (2000).

    CAS PubMed Статья Google Scholar

  • 58.

    Алгерт, С. Дж., Баамер, А. и Ренвалл, М. Дж. Производство овощей и экономия средств в общественных садах в Сан-Хосе, Калифорния. J. Acad. Nutr. Диета. 114 , 1072–1076 (2014).

    PubMed Статья Google Scholar

  • 59.

    Gichunge, C. & Kidwaro, F. Utamu wa Afrika (сладкий вкус Африки): огород как часть пищевой среды переселенных африканских беженцев. Nutr. Диета. 71 , 270–275 (2014).

    Артикул Google Scholar

  • 60.

    Борреро, Н., Ли, Д. С. и Падилья, А. М. Развитие культуры устойчивости для молодежи из малообеспеченных иммигрантов. Urban Rev. 45 , 99–116 (2013).

    Артикул Google Scholar

  • 61.

    Бартел, С., Паркер, Дж. И Эрнстсон, Х. Продовольствие и зеленые насаждения в городах: призма устойчивости садов и городских экологических движений. Городской конюшня. J. Ltd. 52 , 1–18 (2013).

    Google Scholar

  • 62.

    Тидболл, К. Г. и Красный, М. Э. От риска к устойчивости: какова роль озеленения сообществ и гражданской экологии в городах. Soc. Учить. Towar. более Sustain. мир 149–164 (2007).

  • 63.

    Кретни, Р. Устойчивость для кого? Новые критические географии социально-экологической устойчивости. Геогр. Компас 8 , 627–640 (2014).

    Артикул Google Scholar

  • 64.

    Кэмпс-Кальвет, М., Лангемейер, Дж., Кальвет-Мир, Л. и Гомес-Баггетхун, Э. Экосистемные услуги, предоставляемые городскими садами в Барселоне, Испания: идеи для политики и планирования. Environ. Sci. Политика 62 (2015).

  • 65.

    Дуббелинг, М. Интеграция городского сельского хозяйства и лесного хозяйства в планы действий по борьбе с изменением климата: уроки Западной провинции, Шри-Ланка и Росарио, Аргентина. Найдено RUAF. Аргентина (2015).

  • 66.

    Тейг, Э. и др. .Коллективная эффективность в Денвере, Колорадо: укрепление районов и здоровья через общественные сады. Health Place 15 , 1115–1122 (2009).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 67.

    Раудсепп-Херн, К., Петерсон, Г. Д., Беннетт, Э. М. Пакеты экосистемных услуг для анализа компромиссов в различных ландшафтах. Proc. Natl. Акад. Sci. 107 , 5242–5247 (2010).

    ADS CAS PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 68.

    Торрес, А. К., Прево, А. К. и Надо, С. Маленький, но мощный: важность французских общественных садов для жителей. Landsc. Градостроительный план. 180 , 5–14 (2018).

    Артикул Google Scholar

  • 69.

    Тейлор, Дж. Р. и Ловелл, С. Т. Картографирование общественных и частных пространств городского сельского хозяйства в Чикаго посредством анализа аэрофотоснимков высокого разрешения в Google Earth. Landsc. Градостроительный план. 108 , 57–70 (2012).

    Артикул Google Scholar

  • 70.

    Мак, Э. А., Тонг, Д. и Кредит, К. Садоводство в пустыне: подход пространственной оптимизации для размещения садов в быстро расширяющейся городской среде. Внутр. J. Health Geogr. 16 , 37 (2017).

    PubMed PubMed Central Статья Google Scholar

  • 71.

    Зигнер А., Сауервин Дж. И Эйси К. Повышает ли городское сельское хозяйство продовольственную безопасность? Изучение взаимосвязи между доступом к продуктам питания и распределением продуктов питания городского производства в Соединенных Штатах: систематический обзор. Устойчивое развитие 10 , 8–12 (2018).

    Артикул Google Scholar

  • 72.

    Кларк, М., Дэвидсон, М., Эгерер, М., Андерсон, Э. и Фуш, Н. Недостаточно используемая роль общественных садов в улучшении адаптации городов к изменению климата: обзор. Люди, место и политика 12 , 241–251 (2019).

    Google Scholar

  • 73.

    Чжан, З., Мироу, С., Ньюэлл, Дж. П. и Линдквист, М. Улучшение связности ландшафта посредством моделирования и проектирования многофункциональных коридоров зеленой инфраструктуры. городской д. Городской зеленый ., Https://doi.org/10.1016/J.UFUG.2018.10.014 (2018).

    Артикул Google Scholar

  • 74.

    Департамент планирования и развития города Чикаго. Чикаго: здоровая пища на местном уровне . Чикаго: Ешьте здоровую пищу на местном уровне (2007).

  • 75.

    Комиссия по городскому планированию Балтимора. Доморощенный Балтимор: местное развитие . (2013).

  • 76.

    Город Нью-Йорк. Единый Нью-Йорк: план сильного и справедливого города . (2015).

  • 77.

    Tremblay, M. A. & Clair, C. C. St. Проницаемость неоднородного городского ландшафта для движений лесных певчих птиц. J. Appl. Ecol. 48 , 679–688 (2011).

    Артикул Google Scholar

  • 78.

    Mörtberg, U. M. Постоянные виды птиц в остатках городских лесов; перспективы ландшафта и среды обитания. Landsc. Ecol. 16 , 193–203 (2001).

    Артикул Google Scholar

  • 79.

    Макрей, Б. Х., Диксон, Б. Г., Кейтт, Т. Х. и Шах, В.Б. Использование теории цепей для моделирования связности в экологии. эволюция и сохранение. Экология 89 , 2712–2724 (2008).

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 80.

    Макдоннелл, М. Дж. И Хахс, А. К. Адаптация и адаптация организмов к городской среде. Annu. Rev. Ecol. Evol. Syst. 46 , 261–280 (2015).

    Артикул Google Scholar

  • 81.

    Чжоу В., Пикетт С. Т. и Каденассо М. Л. Изменяющиеся концепции городской пространственной неоднородности и их значение для устойчивости. Landsc. Ecol. 32 , 15–30 (2017).

    Артикул Google Scholar

  • 82.

    Гетис А. и Орд Дж. К. Анализ пространственной ассоциации с использованием статистики расстояний. Геогр. Анальный. 24 , 189–206 (1992).

    Артикул Google Scholar

  • 83.

    Пеллетье, Д. и др. . Применение теории цепей для расширения коридора и управления в региональном масштабе: мозаика, точки защемления и всенаправленное соединение. PLoS One 9 , e84135 (2014).

    ADS PubMed PubMed Central Статья CAS Google Scholar

  • 84.

    Маргулес, К. Р. и Пресси, Р. Л. Систематическое природоохранное планирование. Nature 405 , 243–253 (2000).

    CAS PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 85.

    Гобстер П. Х. и Халл Р. Б. Восстановление природы: перспективы социальных и гуманитарных наук . (Island Press, 2000).

  • 86.

    Соунс, К. и др. . Исправление распространенных заблуждений для стимулирования природоохранных мероприятий в городской среде. Биология сохранения , https://doi.org/10.1111/cobi.13193 (2018).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 87.

    Коварик И. Новые городские экосистемы, биоразнообразие и сохранение. Environ. Загрязнение. 159 , 1974–1983 (2011).

    CAS PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 88.

    Шекхар С., Эванс М. Р., Канг Дж. М. и Мохан П. Определение закономерностей в пространственной информации: обзор методов. Wiley Interdiscip. Ред. Данные Мин. Знай. Discov. 1 , 193–214 (2011).

    Артикул Google Scholar

  • 89.

    Гобстер П. Х. Видения природы: конфликт и совместимость в восстановлении городских парков. Landsc. Градостроительный план. 56 , 35–51 (2001).

    Артикул Google Scholar

  • 90.

    Mcphearson, T., Kremer, P. & Hamstead, Z.A. Составление карты экосистемных услуг в Нью-Йорке: применение социально-экологического подхода на городских пустующих землях. Ecosyst. Серв. 5 , 11–26 (2013).

    Артикул Google Scholar

  • 91.

    Ципперер В. К., Ву Дж., Пуйят Р. В. и Пикетт С. Т. Применение экологических принципов к городским и урбанистическим ландшафтам. Ecol. Прил. 10 , 685–688 (2000).

    Артикул Google Scholar

  • 92.

    Кэрролл, К., МакРэй, Б. Х. и Брукс, А. Использование карт сцепления и анализа центральности по градиентам среды обитания для сохранения связности популяций серых волков в западной части Северной Америки. Консерв. Биол. 26 , 78–87 (2012).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 93.

    Tzoulas, K. et al. . Содействие экосистеме и здоровью человека в городских районах с использованием зеленой инфраструктуры: обзор литературы. Landsc. Градостроительный план. 81 , 167–178 (2007).

    Артикул Google Scholar

  • 94.

    Макрей Б. Х. Изоляция сопротивлением. Evolution (N.Y). 60 , 1551–1561 (2006).

    Google Scholar

  • 95.

    Паскуаль-Хортал, Л. и Саура, С. Влияние пространственного масштаба на определение критических участков среды обитания для поддержания связности ландшафта. Landsc. Градостроительный план. 83 , 176–186 (2007).

    Артикул Google Scholar

  • 96.

    Wagner, H. H. & Fortin, M.-J. Пространственный анализ ландшафтов: концепции и статистика. Экология 86 , 1975–1987 (2005).

    Артикул Google Scholar

  • 97.

    Теобальд, Д. М., Рид, С. Э., Филдс, К. и Суле, М. Соединение природных ландшафтов с использованием модели проницаемости ландшафта для определения приоритетов природоохранных мероприятий в Соединенных Штатах. Консерв. Lett. 5 , 123–133 (2012).

    Артикул Google Scholar

  • 98.

    Урбан, Д. и Кейтт, Т. Связность ландшафта: перспектива теории графов. Экология 82 , 1205–1218 (2001).

    Артикул Google Scholar

  • 99.

    Дойл П. Случайные блуждания и электрические сети. Math. Доц. Am . (1984).

  • 100.

    Андерсон, Е.К., Эгерер, М.Х., Фуш, Н., Кларк, М. и Дэвидсон, М.Дж. Сравнение типологий общественных садов Балтимора, Чикаго и Нью-Йорка (США) для понимания потенциальных последствий для общества. экологические услуги. Городской Экосист . 1–11 (2019).

  • 101.

    Леонард, П. Б. и др. . Потеря связности ландшафта из-за повышения уровня моря и изменения землепользования. Аним. Консерв. 20 , 80–90 (2017).

    Артикул Google Scholar

  • 102.

    Sutherland, R. W. Модели взаимодействия наземных сред обитания для Южноафриканского кооператива по охране ландшафтов . (2014).

  • 103.

    Гомер, К. Г. и др. . Завершение создания Национальной базы данных о земном покрове на территории Соединенных Штатов за 2011 год, представляющей информацию об изменении земного покрова за десятилетие. Фотография. Англ. Дистанционное зондирование 81 , 345–354 (2015).

    Google Scholar

  • 104.

    Университет Вермонта. Данные ГИС в UVM. Лаборатория пространственного анализа УВМ (2017). Доступно по адресу: http://www.uvm.edu/~gis/. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 105.

    Нео, Х. и Чуа, К. Ю. Помимо включения и исключения: общественные сады как места ответственности. Ann. Являюсь. Доц. Геогр. 107 , 666–681 (2017).

    Google Scholar

  • 106.

    Эгерер, М. и Фэйрбэрн, М. Закрытые сады: влияние урбанизации на формирование сообществ и управление общинами в общественных садах. Геофорум 96 , 61–69 (2018).

    Артикул Google Scholar

  • 107.

    Бартон К. Мюмин: многомодельный вывод. Пакет R версии 1.42.1. (2018). Доступно по адресу: https://cran.r-project.org/package=MuMIn. (Дата обращения: 10 июля 2019 г.).

  • 108.

    Растоги, С., Джонсон, Т. Д., Хеффел, Э. М. и Дрюери, М. П. Черное население: сводки переписи 2010 г., 2010 г. . (2010).

  • 109.

    Леонард П. Б. и др. . GFLOW: программное обеспечение для моделирования связности на основе теории схем в любом масштабе. Methods Ecol. Evol. 8 , 519–526 (2016).

    Артикул Google Scholar

  • 110.

    Диксон Б.Г. и др. . Приложения теории цепей к науке о подключении и охране окружающей среды. Консерв. Biol ., Https://doi.org/10.1111/cobi.13230 (2018).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 111.

    ESRI. Настольный компьютер ArcGIS: выпуск 10. Институт исследования экологических систем (2011).

  • 112.

    О’Салливан, С. & Морралл, Дж. Расстояния пешком до и от транзитных станций легкорельсового транспорта. Transp. Res. Рек. J. Transp. Res. Board 1538 , 19–26 (1996).

    Артикул Google Scholar

  • 113.

    Парди, Г. Л. и Филпотт, С. М. Местные растения – это колени пчелы: местные и ландшафтные предикторы богатства и изобилия пчел в садах на заднем дворе. Городской Экосист. 17 , 641–659 (2014).

    Артикул Google Scholar

  • 114.

    Радд, Х., Вала, Дж. И Шефер, В. Важность среды обитания на заднем дворе во всеобъемлющей стратегии сохранения биоразнообразия: анализ взаимосвязанности городских зеленых насаждений. Рестор. Ecol. 10 , 368–375 (2002).

    Артикул Google Scholar

  • 115.

    Бюро переписи населения США. База данных QuickFacts. Исследование американского сообщества (2014). Доступно по адресу: https://www.census.gov/quickfacts/fact/table/US/PST045218#. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 116.

    Гхош, Р. и Петтигроув, М. Участники и сети в развитии садов в городских сообществах. Геофорум 53 , 93–103 (2014).

    Артикул Google Scholar

  • 117.

    Мурильо Р., Эчеверрия С. и Васкес Е. Различия в социальной сплоченности соседей и аэробной физической активности в подгруппе латиноамериканцев. SSM – Население. Лечить. 2 , 536–541 (2016).

    Артикул Google Scholar

  • 118.

    Гроув, Дж. М., Локк, Д. Х. и О’Нил-Данн, Дж. П. М. Экология престижа в Нью-Йорке: изучение взаимосвязей между плотностью населения, социально-экономическим статусом, групповой идентичностью и покровом жилого навеса. Environ. Управлять. 54 , 402–419 (2014).

    ADS PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 119.

    Трой, А. Р., Гроув, Дж. М., О’Нил-Данн, Дж. П. М., Пикетт, С. Т. А. и Каденассо, М. Л. Прогнозирование возможностей для озеленения и структуры растительности на частных городских землях. Environ. Управлять. 40 , 394–412 (2007).

    ADS PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 120.

    Grove, M. и др. . Эффект наследия: понимание того, как сегрегация и экологическая несправедливость развиваются с течением времени в Балтиморе. Ann. Являюсь. Доц. Геогр . 108 (2018).

    Артикул Google Scholar

  • 121.

    Чуанг, В. К. и др. . Изменение кроны деревьев и стабильность окрестностей: сравнительный анализ Вашингтона, округ Колумбия, и Балтимора, Мэриленд. городской д. Городской зеленый. 27 , 363–372 (2017).

    Артикул Google Scholar

  • 122.

    Градштейн М. и Джастман М. Образование, социальная сплоченность и экономический рост. Am. Экон. Ред. 92 , 1192–1204 (2002).

    Артикул Google Scholar

  • 123.

    Esri Data & Maps. Учреждения США. Пакет уровня институтов США (2017). Доступно по адресу: https://www.arcgis.com/home/item.html? id = 007ff07891e34e339a6da82a5c44fd31. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 124.

    Город Балтимор. Парки. Данные открытой ГИС Балтимора (2015). Доступно по адресу: http://gis-baltimore.opendata.arcgis.com/datasets/parks. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 125.

    Город Балтимор. Базы отдыха. Данные открытой ГИС Балтимора (2015). Доступно по адресу: http://gis-baltimore.opendata.arcgis.com/datasets/recreation-centers. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 126.

    Город Чикаго. Карта общественных центров обслуживания. Портал данных города Чикаго (2017). Доступно по адресу: https://data.cityofchicago.org/Health-Human-Services/Community-Service-Centers-Map/tyd3-k85v. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 127.

    Город Чикаго. Парки – Границы парка округа Чикаго (current). Портал данных города Чикаго (2016). Доступно по адресу: https://data.cityofchicago.org/Parks-Recreation/Parks-Chicago-Park-District-Park-Boundaries-curren/ej32-qgdr.(Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 128.

    Город Нью-Йорк. Зоны парков. Открытые данные Нью-Йорка (2017). Доступно по адресу: https://data.cityofnewyork.us/City-Government/Parks-Zones/rjaj-zgq7. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 129.

    Город Нью-Йорк. База данных объектов – общественные центры. Открытые данные Нью-Йорка (2017). Доступно по адресу: https://data.cityofnewyork.us/City-Government/Facilities-Database-Shapefile/2fpa-bnsx. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 130.

    Петерс К., Эландс Б. и Буйс А. Социальные взаимодействия в городских парках: стимулирование социальной сплоченности? городской д. Городской зеленый. 9 , 93–100 (2010).

    Артикул Google Scholar

  • 131.

    Гибсон Т. Религия и гражданская активность американской молодежи. Soc. Sci. J. 45 , 504–514 (2008).

    Артикул Google Scholar

  • 132.

    Льюис В. А., МакГрегор К. А. и Патнэм Р. Д. Религия, сети и соседство: влияние религиозных социальных сетей на гражданскую активность. Soc. Sci. Res. 42 , 331–346 (2013).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 133.

    Cradock, A. L., Kawachi, I., Colditz, G. A., Gortmaker, S. L. & Buka, S. L. Социальная сплоченность и участие молодежи в физической активности в Чикаго. Soc. Sci. Med. 68 , 427–435 (2009).

    PubMed Статья PubMed Central Google Scholar

  • 134.

    Темкин, К. и Роэ, В. М. Социальный капитал и стабильность соседства: эмпирическое исследование. Hous. Политические дебаты 9 , 61–88 (1998).

    Артикул Google Scholar

  • 135.

    Аабё С. Роль и значение публичных библиотек в век цифровых технологий. J. Librariansh. Инф. Sci. 37 , 205–211 (2005).

    Артикул Google Scholar

  • 136.

    Ferguson, S. Являются ли публичные библиотеки разработчиками социального капитала? Обзор их вклада и попытки его продемонстрировать. Aust. Libr. J. 61 , 22–33 (2012).

    Артикул Google Scholar

  • 137.

    Мартин, Г., Клифт, Р.& Кристи, I. Городское культивирование и его вклад в устойчивость: кусочки еды, но куча социального капитала. Сустейн . 8 (2016).

  • 138.

    Служба экономических исследований Министерства сельского хозяйства США. База данных атласа исследований доступа к продовольствию. Атлас исследований доступа к продовольствию (2017). Доступно по адресу: https://www.ers.usda.gov/data-products/food-access-research-atlas/go-to-the-atlas/. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 139.

    Куо, Ф. Э. и Салливан, В.C. Окружающая среда и преступность в центральной части города. Environ. Behav. 33 , 343–367 (2001).

    Google Scholar

  • 140.

    Esri ArcGIS. Индексы преступности США. Esri Demographics (2017). Доступно по адресу: https://doc.arcgis.com/en/esri-demographics/data/crime-indexes.htm. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 141.

    Хаджат А. и др. . Загрязнение воздуха и социально-экономический статус человека и района: данные многоэтнического исследования атеросклероза (MESA). Environ. Перспектива здоровья. 121 , 1325–1333 (2013).

    PubMed PubMed Central Статья Google Scholar

  • 142.

    ArcGIS Hub. Индекс опасности для здоровья окружающей среды. ArcGIS Hub (2017). Доступно по адресу: https://hub.arcgis.com/datasets/c7e2c62560bd4a999f0e0b2f4cee2494_0. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 143.

    Агентство по охране окружающей среды США. Объекты, подлежащие экологическому регулированию. Служба загрузки геопространственных данных (2017). Доступно по адресу: https://www.epa.gov/enviro/geospatial-data-download-service. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 144.

    Геологическое общество США. Данные охраняемых территорий. Портал данных по охраняемым территориям (2016). Доступно по адресу: https://gapanalysis.usgs.gov/padus/data/. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • 145.

    Служба рыболовства и охраны окружающей среды США. Картограф водно-болотных угодий. Национальный реестр водно-болотных угодий (2017).Доступно по адресу: https://www.fws.gov/wetlands/data/Mapper.html. (Дата обращения: 14 февраля 2019 г.).

  • Проектирование городского сельского хозяйства для устойчивых городов: Вилджоен, Андре: 9780750655439: Amazon.com: Книги

    «Андре Вилджоен составил книгу, имеющую огромное значение для данного момента истории. Как мы будем кормить наши города после того, как век дешевой нефти? Неужели старая концепция, что города предназначены для людей, а сельская местность – для них? Выращивание продуктов питания все еще имеет какое-то значение, когда наша дешевая транспортная система больше не может функционировать? – возражает Вилджоен.Мы должны рассматривать наши города как производственные пространства так же, как и наши сельские районы »

    Обзор Роба Хопкинса, 26 апреля 2006 г.
    Transition Culture

    « поразительная книга «
    Дебора Соломон 7 июня 2006 года о переходной культуре

    » CPULs – это привлекательное видение для градостроителей и (ландшафтных) архитекторов. Книга наполнена действительно полезными фактами и тематическими исследованиями, но почему-то остается увлекательной книгой для неспециалистов. ……. Я не могу рекомендовать эту книгу достаточно высоко.Я надеюсь, что его концепции воспримут те, кто в состоянии реализовать городское планирование такого рода. Понятие CPULS заслуживает того, чтобы занять видное место в учебных программах по дизайну и архитектуре, информируя новое поколение людей, проектирующих наши города и потенциально наше благополучие через доступ к здоровой пище “.
    Дебора Соломон 9 июня 2006 г. на Culiblog

    ‘Это важная книга, которая одновременно бросает вызов и вносит свой вклад в современное городское мышление. Она одновременно вдохновляет и практична, напоминая нам о том, что сложная городская жизнь с высокой плотностью населения может выиграть, если посмотреть на примеры из таких мест, как традиционный китайский город или существующая практика на Кубе, в котором мы сможем продвигаться вперед более экологичным и здоровым.Если мы серьезно относимся к устойчивому городскому развитию, то вопросы озеленения города и местного производства и распределения продуктов питания имеют огромное значение. Это не грандиозный план, но его можно постепенно применять как к старым, так и к новым областям.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.